Няня для родного сына

А я очень нуждалась в деньгах. Дышать мне тогда уже было трудно, и я решила, что смогу уехать к морю, поправить своё здоровье. Не смогла.

Я села. Голова пошла кругом. Я усиленно искала в памяти того, кому мог помешать мой малыш. И не могла найти. Ведь о моей беременности никто не знал! Практически никто.

– Но я не смогла…

ЧТО?!

– Не смогла взять грех на душу. – Светлана прерывисто дышала. Каждое слово ей давалось с трудом. Пальцы судорожно сжимали простынь. – Вы с «певуньей» родили в один час, разница была всего в несколько минут, и имя она дала такое же, как и ты. Разница была в том, что её ребёнок родился с патологией…. Он всё равно бы не выжил. И я…

Я забыла, как дышать, жадно ловя каждый звук.

– Я поменяла бирки.

Мир покачнулся. Я схватилась за спинку стула, а потом села, хватая ртом воздух.

– Мальчик прожил меньше суток. Но тебе пришлось сказать, что это твой. Я видела тебя. Двое мужчин не могли тебя удержать, так ты рвалась к нему, пока тебе не поставили снотворное. Потом тебя увезли.

– Что стало с моим сыном?

Каримова молчала. Мне показалось, что она уснула.

– Его забрали, – выдохнула женщина.

– Кто? Скажите, кто забрал моего сына? – я приблизилась почти к самому лицу, чтобы расслышать имя.

– Тот же мужчина. Он вернулся. Ему нужен был ребёнок, родившийся в этот же день. Он не знал, что это тот малыш, который был ему не нужен. Он забирал другого, понимаешь?

– Я вас заклинаю: скажите его имя, – взмолилась, надеясь на мелькнувший лучик надежды.

– Я не знаю имени.

Внутри всё оборвалось. Надежда, что я смогу найти своего ребёнка, таяла на глазах.

– Но я знаю, кто хотел его усыновить…

– Кто?

– Щегельский. Мартин. Артурович…. Это имя я запомнила.

«На троне кому хочешь будет удобно! А тут сам Щегельский растёт!» – вспомнились слова моей бабули.

А ведь я была уверена, что мой сын никогда не будет носить фамилию своего отца.

Глава 7.

Домой возвращалась в смешанных чувствах. Радость, что мой ребёнок жив, омрачало только одно: как Мартин мог так со мной поступить?! И, вообще, откуда он узнал, что это его ребёнок, ведь я нигде этого не указывала. Об этом знали только я, бабуля и…Оля.

«Я бы на твоем месте заявила во всех СМИ, что ты носишь ребёнка самого Мартина Щегельского, а он объявляет невестой другую!»

Неужели это она?

Но зачем? Ответ был очевиден – деньги.

Только вот поступить так низко, чтобы сначала избавиться от ненужного отпрыска, а потом самому же усыновить, по сути, чужого ребёнка – этого я не могла понять. Что ж, теперь ему придётся ответить на все мои вопросы. Не знаю как, но я восстановлю права на своего сына. И никакой Мартин мне не помешает!

В таком состоянии вихрем залетела в дом! Обычно ба всегда меня встречала, стоя в прихожей, словно заранее чувствовала, когда я приду.