Никому о нас не говори (СИ)

— Соня пишет, что сегодня придёт на пары, — спокойно заявляет она.

Я чувствую облегчение, но следом ядовитый укол обиды. Это не Тимур…

— А. Да, — выдыхаю я. — Она болела.

— А ещё спрашивает, в каком платье ты поедешь на студенческую весну. Ты собираешься на дискотеку? — мама поднимает на меня взгляд. И по её глазам вижу, что эта информация ей не по душе. — Почему мне не сказала?

Потому что я всё это время думала о парне, что прячу на нашей даче. Но, конечно же, говорю иное:

— Из головы вылетело, — пожимаю плечами. — Всех первокурсников обязали быть на этом мероприятии.

Мамины губы становится одной недовольной линией.

— Ну раз обязали. И когда оно?

— Завтра.

— И в чём ты планировала идти?

— Там дресс-код. Девочки должны быть в чёрных платьях.

— Отлично. Твой выпускной наряд может подойти. Надо подумать над причёской. Должно быть что-то невычурное…"

"— Мам, можно телефон? — повышаю голос и протягиваю ей раскрытую ладонь. — Я уже ухожу.

Мама несколько секунд смотрит на меня, потом заглядывает мне в тарелку с почти нетронутой овсянкой.

— Ты что-то плохо поела, — холодно отмечает она.

— Некогда. Я опаздываю, — выдыхаю нервно и не свожу глаз со своего гаджета, зажатого в маминых руках.

Она наконец протягивает мне телефон. А я, схватив его, натянуто улыбаюсь, подрываюсь из-за стола и выхожу из кухни.

***

— Анька! — за моей спиной по коридору летит крик, а потом меня буквально едва не сносят с ног.

Соня подлетает ко мне с жаркими объятиями. Сжимает руками так, что перехватывает воздух в лёгких.

На мгновения моё паршивое настроение отступает. Я позволяю себе искренне улыбнуться и так же крепко обнять Трофимову в ответ.

— Не поверишь, что я осознала! Лучше я буду просиживать зад на парах, чем полоскать горло календулой. Ангина — это такая дрянь, — она показательно морщит нос.

— Рада, что ты выздоровела! — смотрю на сияющую Соню и даже где-то жалею, что болела именно она.

Вон какая: румяная, радостная…

Заболей я, возможно, не наделала бы никаких глупостей и сейчас могла бы улыбаться не через силу. А Соня уже подхватывает меня под руку и тащит к аудитории.

— Рассказывай.

—Я прячу Тимура Горина у себя на даче, спала с ним под одним одеялом, была на его боях, а потом поцеловала.

— Аня… — Получаю ты лёгкий удар в бок.

— А? — поворачиваюсь к Соне.

И на меня с удивлением и недоумением смотрят два широко распахнутых глаза.

— Я спрашиваю, что нового было здесь? Чего молчишь? — с нотками обиды произносит Трофимова.

А я понимаю, что ответила на вопрос Сони где-то в своих мыслях.

— Да ничего, — равнодушно жму плечами. — Конспекты, лекции.