Сердце офицера

С Громовым она работала больше пяти лет и отлично знала, когда лучше не попадаться ему на глаза лишний раз.

Петр до кафе добрался быстро. Вышел и закурил, нервно посматривая на дверь. Ольга должна уже выйти…

Галстук сдавливал шею, и Петр ослабил его. Можно зайти внутрь и самому поговорить с этим Виталиком. Объяснить ему «ху из ху» и как стоит вести себя нормальному мужику. Что самое интересное, когда Оля вчера показала Громову скрин нескольких квитанций и общую сумму, которую она якобы должна бывшему, Петр не удивился. Уже не первая подобная история всплывает. Что-то мельчают мужики.

Оля вышла из кафе, не увидев Громова сразу. Остановилась и подняла лицо к небу, явно пытаясь собраться. Ну вот что ему с ней делать, а? Как маленькая, честное слово. С другой стороны, то, что в ней сочетается беззащитность и упертость, ему заходило.

— Оля, — окликнул Громов, когда она застыла, пытаясь найти машину, на которой приехала с Андреем. Петр его отпустил сразу же по приезду.

Девушка повернулась на мужской голос и, не скрывая своего удивления, уточнила:

— Петь, а ты что тут делаешь?

— Садись, ветер поднимается.

Петр подошел к ней, пытливо всматриваясь в лицо и что-то там высматривая. Ему нужно понять, испытывает она что-то к бывшему или перегорело. Потому что он хренушки допустит, чтобы его женщина металась и бегала от него к другому. Представив Ольгу, тайно собирающуюся на встречу к бывшему муженьку, Петр с силой сжал челюсти.

Вот оно, Громов, то самое. Когда логика и разумное восприятие мира остаются где-то за бортом, и на первый план выходит первобытная потребность закинуть женщину на плечо, утащить в пещеру и задвинуть ту камнем, чтобы ни одна сволочь больше не претендовала на то, что отныне его. Потому что всё нутро обжигает от яда и осознания, что готов крушить и убивать, если понадобится.

Более того, костер в груди только разжигался. Оля дровишек не подкидывала — уже хорошо. Она настоящая умница… когда хочет.

Не задавая лишних вопросов, Оля прошла к служебному автомобилю Петра. Тот открыл перед ней дверь, и девушка юркнула на заднее сиденье, поправив юбку, что задралась на бедрах.

И юбку-то она принадела… А брюки что, не судьба? Погода как раз располагала больше к брюкам, а не к юбке в обтяжку!

Петр заводился всё сильнее. Он всегда считал, что ревность делает мужика слабым. И неразумным. Второе намного страшнее. Так какого лешего, он завелся? И было бы отчего!

Ну встретилась блондиночка со своим бывшим! Петр же и настоял, разъяснив, что и как. Сам спровоцировал встречу. Плюс у них ребенок общий и, если Петр заберет Олю себе… Громов на долю секунды сбился с шага.

А он заберет.