Новый враг

Водитель, Симонов, старик, баюкающий руку, и какой-то мужик, еле вылезший наружу. Старик тут же получил плазму в затылок, а остальных, предварительно проверив на скрытое оружие, выстроили в ряд и поставили на колени. И только после этого я, собрав вещи, отправился к нашему снегоходу, на котором, уже не скрываясь и оставляя следы на снегу, поехал в сторону наших.

– Времени у нас мало, – произнёс Щукин, когда я подъехал. – Святов бой закончил, так что берёте Симонова, машину, и уезжаете. Я же сожгу все улики и отправлюсь за вами на снегоходе.

После чего бросил взгляд на Жень-Женя, и тот тут же сделал два выстрела в затылки лишних людей.

Может, они и ни в чём не виноваты, но нам выбирать не приходится. Про артефакт никто узнать не должен. Потому и Щукин остаётся – обезглавленное тело может навести на ненужные мысли. Гильзы я собрал, так что с моей стороны всё чисто. Хотя мало ли кто там и куда стрелял. Хуже будет, если найдут две пули с частичками крови, но это, опять же, на доказательства не тянет – лишь информация к размышлению. Короче, отбрехаюсь, если что. Да и мало ли… Скажем так: главная проблема для меня – это именно внешний вид артефакта. Ведь если в нём опознают подавитель Токугава… Но это будет сделать крайне сложно. Его из ныне живущих, поди, и видели-то только Шина с Фусако. Но… паранойя не дремлет.

Спорить со Щукиным я не стал – чисто технически он успевает спокойно уйти, а если даже нет… ну а чем я ему помогу? Не выдав своей силы, конечно. Так что я без слов покатил на позицию Святова.

Щукин успел. Раздолбал броневик, сжег там всё нафиг, попортил окружающий пейзаж, изображая короткий бой – хотя без следов ответных ударов техниками это всё выглядит не очень правдоподобно – и свалил прочь.

Отход нашей группы тоже прошёл как по маслу. В целом, засада – обе засады, прошли без сучка без задоринки, и чрезмерно усердствовать, борясь с неучтёнными факторами, нам не пришлось. Возвращаться в город мы не стали. Сразу, во всяком случае. Сначала нужно было закончить последнее дело. Симонова казнили за городом. Собрались в чистом поле всей толпой да казнили на глазах у бойцов. Даже раненым позволили это видеть, благо тяжёлых, слава богу, не было. Предатель не отпирался, признался во всём, до последнего моля о пощаде. Как выяснилось, его отец и правда был не в курсе действий сына, а он просто-напросто хотел быть главой Рода, что ему, младшему в семье, никогда не светило. Мерзкий ублюдок, который ради своих амбиций подвёл под гибель целый клан.

Казнили его чуть в стороне от остальных людей. Отошли, чтобы никто не почувствовал подавитель… не, ну мало ли, я ведь не знаю, может, кто-то в этот момент держал «доспех духа» или еще как-то использовал бахир.