Одиночка

Лежа в пыли, говорун жалобно скулил, суча ногами и пуская слюни.

— Никак зашиб?! — всполошился продавец.

— Отойдет, — небрежно отмахнулся парень. — Бил бы сильнее, уже б остывал.

— Ты из пластунов, что ли? — растерянно поглядывая на корчащегося мужика, поинтересовался продавец.

— Считай, что так, — загадочно усмехнулся Елисей. — А чуть поболе у тебя такая же рубашка есть? А то боюсь, и эту скоро менять придется."

"— Гляну, — кивнул продавец и нырнул под прилавок. — Вот, — выпрямившись через пару минут, показал он рубашку. — Самое то будет. А вообще, купил бы себе материи, какая нравится, да за денежку малую у любой толковой бабы рубашки бы и пошил, какие надо.

Только пуговицы еще нужны будут.

— А материю почем продаешь? — заинтересовался Елисей, которому такое простое решение и в голову не пришло.

— Ну, ежели и рубашку, и материю и все остальное, что потребно, у меня брать станешь, то треть от всей цены скину, — помолчав и что-то прикинув, заявил продавец.

— Добро. Тогда рубаху эту. Материи вон той, серебристой, еще на три рубашки отрежь. И вон той, с цветочком, еще на одну, — вспомнил он про свою квартирную хозяйку.

 — Пуговиц разных с десяток положи, ну и ниток тоже.

— Разных, это как? — растерялся продавец.

— Ну, на рубашку и на кофточку женскую, — принялся пояснять Елисей, начиная терять терпение.

— А ниток каких? — не унимался дотошный продавец.

— А какими ту материю шить нужно, — нашелся парень.

Рассчитавшись за покупки, Елисей сунул под мышку увязанный шпагатом бумажный пакет и не спеша двинулся к базарной чайной. У входа в нее его перехватил городовой, сообщив, что с ним желает поговорить дознатчик. Спустя полчаса он выходил из участка, звеня в кошеле премией за поимку грабителей.

Вот уж чего парень не ожидал от местных властей, так это подобной щепетильности в этом вопросе.

Как выяснилось, генерал-губернатор учредил личную премию за поимку грабителей, воров и тому подобных криминальных элементов. И за выплату тех премий спрашивал очень серьезно. В итоге города предгорий считались едва ли самыми спокойными и безопасными для отдыхающих. Да и для местных обывателей тоже. Схватки с непримиримыми кланами в этот расчет не брались. Тут шла война. В общем, за свои действия Елисей получил в участке ровно тридцать рублей серебром.

По десятке за голову.

Парень вышел на базарную площадь и в толпе едва не сбил с ног женщину, которую вчера и ограбили. Усталая, несколько растерянная, она смотрела на него с опаской и потаенной надеждой.

— Я вас не зашиб случаем, сударыня? — проявил Елисей вежливость.

— Нет, все в порядке, — качнула она головой. — Сударь, а вы не знаете, как добраться до крепости?

Как выяснилось, крепость, в которой парень и нашел себе приют, в этих местах осталась последней.