Одиночка

Капсюли можно взять те, которыми сейчас все пользуются. Можно даже сделать еще интереснее. Донце гильзы сделать стальным, а стенки посадить на резьбе. Латунные. Донце будет удерживаться затвором. Зато не прогорит быстро от капсюлей. Блин, станок нужен и материалы».

— Ты чего это тут рисовать взялся? — спросила, подходя к нему, бабка.

— Да вот думаю, как бы сделать так, чтобы и капсюль, и порох, и пулю в один стаканчик собрать. А потом этот стаканчик просто в ствол, раз. И стреляй, — принялся объяснять парень, размахивая руками.

— Так патрон бумажный давно придумали, — пожала бабка плечами. — Там и порох, и пуля, и пыж сразу. Шомполом в ствол протолкнул и стреляй."

"— Нет, бабушка. Не так. Не с дула, как сейчас. А с казенной части. Ну, чтоб без шомпола. Так быстрее будет.

— Ишь ты! — удивилась Степанида. — А стаканчик из чего делать?

— Латунный, — тут же отозвался Елисей. — Он тогда к стволу прикипать не будет.

— И что тебе нужно, чтоб такой стаканчик сделать? — заинтересовалась бабка.

— Станок нужен, — вздохнул Елисей. — И латунь в прутках.

— Это где ж такие станки бывают? — рассмеялась Степанида.

— На мануфактурах всяких, железоделательных, — снова вздохнул парень. — А таких тут у нас и не сыскать.

— Это тебе с таким в Пятигорск надо. Или Ессентуки, — подумав, подсказала бабка.

— Да ладно, бабуль. Это я так, придумываю всякое, чтобы хоть чем голову занять, — притворно отмахнулся парень, попутно обдумывая, где бы взять еще один нарезной ствол.

— А ты подумай. Идея-то интересная, — вдруг оценила бабка.

Штуцера в этом времени еще штучный товар. Возможно, в армии их уже используют широко, но здесь это были все еще весьма редкие стволы. То, что в одной станице нашлось аж три таких винтовки, означало, что народ тут воюет регулярно и на оружие денег не жалеет. Достаточно вспомнить, что даже треснувший ствол хозяин выкидывать не стал.

За околицей раздался выстрел, и Елисей, который в этот момент доставал чашку из топки, едва не вылил расплавленный свинец себе на ноги.

Быстро поставив чашку на печь, парень коснулся ладонями пистолетов и, подхватив карабин, поспешил к воротам. Увидев трех всадников на самом краю станицы, парень взвел курок и, осторожно выглянув через плетень, рассмотрел еще десяток всадников шагах в пятидесяти от первых трех дальше по дороге. Держа карабин стволом вниз, Елисей вышел к воротам и вопросительно уставился на неизвестных.

— Здравствуй, казак, — чуть улыбнувшись уголками губ, произнес старший горец. — Меня зовут Арслан. А это мои сыновья, Аслан и Нурлан. Мы ищем одного человека. За ним гнались, и он поскакал в эту сторону.

— Твоя дочь жива, почтенный. Подожди здесь. Я ее позову, — кивнул Елисей и, развернувшись, быстро зашагал обратно на свой двор.