Одиночка

И при чем тут те, кто живет тут? Ну скажите мне, где Кавказ и где тот Краков?

— Дедушка, ребе очень умный человек и говорит правду, — проблеял бугай.

— Какую правду, я тебя спрашиваю? — буквально взвился старик. — Запомни, Изя, это таки его правда. Его, а не твоя. Научись уже жить своей головой и делать то, что полезно твоей семье и твоему делу.

— Если ваш ребе так болеет за свой народ, то зачем он приехал сюда, а не отправился в Палестину. Если я правильно помню, Израиль находится там, — иронично усмехнулся Елисей, с интересом рассматривая бугая. — Легко быть зрячим среди слепых.

— Вот, Изя, учись, — вскинув палец, восторженно закивал старый ювелир. — Такой молодой человек, и так правильно думает. — Ребе Кац хочет мести. Но кому он будет мстить?

— Гоям, — отрубил Изя, снова набычившись.

— Что, всем сразу? — усмехнулся Елисей. — А хотелки хватит? Не мне тебе рассказывать, что ваше племя давно уже не воины. Ремесленники, мастера, банкиры, да, но не воины. Так зачем кликать беду на свои семьи? Не проще научиться жить в мире?

— С вами? — в голосе бугая звучали вызов и злость.

— Со мной, — спокойно кивнул парень.

 — Я же признаю ваше мастерство в точном литье и пришел сюда, чтобы сделать заказ. А что я услышал в ответ? Рубль штука. Да за такие деньги мне проще против горцев с одним кинжалом выйти. Не нравится заказ, так и скажи. Зачем издеваться? Я уйду в другое место, а всем своим знакомым расскажу, что с вашей семьей нельзя иметь дело. Посмотрим, что ты тогда запоешь. А твоего ребе длинный язык однажды доведет до каторги.

— Сколько вы готовы заплатить за такой заказ, молодой человек? — помолчав, спросил старик. — Я вижу, что из добротного у вас только оружие.

Так что не стану торговаться.

— Рубль за пять штук, — чуть подумав, заявил Елисей. — Материал оплачу отдельно. Заказ на сто рублей за гильзы каждого вида.

— Итого двести, — быстро уточнил старик. — Плюс латунь. Я вас правильно понял?

— Правильно.

— По рукам. Но, молодой человек, я бы очень вас просил, чтобы это недоразумение, — тут старик указал пальцем на бугая, — осталось строго между нами.

— А мне это зачем? — лукаво усмехнулся Елисей. — Не привык, знаете ли, чтобы мне хамили. Особенно когда ничего плохого человеку не сделал.

Обидно.

— Ой, я таки понимаю ваши чувства, молодой человек, но что я могу сделать, если мой внук дурнее пьяного буйвола, — запричитал старик.

При этом он успел бросить на бугая такой взгляд, что тот снова попытался прикинуться ветошью, вжавшись в свой угол.

— Вот же дал господь беду, — продолжал стенать ювелир. — Силы, как у быка, а мозгов меньше, чем у барана. Одно разорение с ним, честное слово.

— Сколько мне встанет ваша латунь? — перебил парень его причитания.

— Три рубля за фунт, — тут же отозвался старик.