Училка и мажор

Как только пара заканчивается, все студенты покидают аудиторию. Даже рустам. Меня это с одной стороны успокаивает, а с другой злит. И я не пойму, почему. Сама же просила в стенах университета вести себя только в парадигме «преподаватель-студент» и никак иначе, а сейчас вместо облегчения внутри что-то неприятно ворочается.

Я собираю вещи и выхожу из аудитории, но не успеваю пройти и двух шагов, как кто-то уверенно дёргает меня в сторону, и я вваливаюсь на широкую грудь, понимая, что оказываюсь в крепких объятиях Рустама. В темной кладовке, где ощущается стойкий запах моющих средств.

— Ну наконец-то, я чуть не взорвался. В моей рубашке ты смотришься просто пипец как круто, думал, что кончу в штаны. Вообще нихера не помню, что ты там вещала, малыш. Обещаю потом выучить, но сейчас… — с этими словами рустам осторожно расстёгивает рубашку, в один щелчок снимает лифчик, оголяя грудь. И как самое что ни на есть малое дитя, начинает играться с возбужденной грудью, щупая и выводя странные узоры на коже.

—Рустам, мы не можем, — шиплю, стараясь ударить парня по рукам, но он уже расстегнул мои джинсы и развернул меня к себе спиной, удерживая грудь в своих руках. Вместо очевидного возмущения, я снова теряю себя в ощущениях, тону в вязком чувстве наслаждения, понимая, что противиться не смогу.

Длинные пальцы пробираются к трусикам и осторожно смещают мокрую ткань.

—Ох как ты готова, просто огонь, — горячий член касается оголенных ягодиц, а затем плавно перемещается ко входу. — Тихо только, ага?

Господи, что же я делаю в стенах универа?

—Ты делаешь из меня…

—Любимую женщину, — Рустам плавно входит в меня на всю длину и начинает умеренно двигаться, постепенно целуя каждый открывшийся участок тела. Я с силой прикусываю губу, понимая, что с очередным толчком реальность вокруг размывается, остается только тяжесть внизу живота и невозможное наслаждение. Рустам чуть раздвигает ноги шире и прогибает меня в пояснице.

Хлюпающие звуки совсем тихие, а тяжелое дыхание, наоборот, громче, но Рустам осторожно смещает руку с груди на мой рот, чуть сдавливая.

—Малыш, тссс, — хрипло шепчет рваным голосом, ускоряясь, сильнее вонзаясь в меня.

Я возношусь на самую высокую точку и со сдавленным стоном разлетаюсь на миллион осколков, ощущая вязкую жидкость на пояснице. Рустам заграбастывает меня в свои руки и целует в плечо.

—Моя девочка…

Все тело расслабляется, но я все еще вибрирую от достигнутого оргазма. Хорошо и ноль мыслей.

32. Разговоры по душам

ГЛАВА 32

БЕЛОВ

Я хочу ее хочу касаться, хочу ее нюхать и до потери пульса целовать, чтобы в головке, кроме меня, не было ни единой гребанной мысли.