Одинокий фонарь

 – Ты не должен был участвовать во всем этом. Мне жаль, что я втянула тебя в это…

– Ерунда. Бывали в мире войны и страшнее твоих проблем. Мы все решим.

Его крепкие, бережные объятия были лекарством для изболевшейся души, и поцелуя я ждала, едва ли не с мольбой взглянув в суженные глаза. Мне очень нужно было хотя бы на несколько секунд перестать чувствовать боль, забыть, раствориться, спрятаться… Но только Макс коснулся теплыми мягкими губами моих, как с заднего сиденья раздалось до ужаса противное, возмущенное «Мууаааууу!!!»

Глава 4

Ошибаются те, которые во время благополучия думают, что навсегда избавились от невзгод.

Марк Туллий ЦицеронНа прием мы, конечно, опоздали, но это никак не помешало показать Дамьена специалисту. Просто пришлось посидеть в другой очереди. Под воющий, скулящий и попискивающий аккомпанемент. Около часа…"

"Дам мужественно вытерпел весь осмотр, кидая на меня мученические, многообещающие взгляды. Ничего серьезного у моего любимца не обнаружили, только ушко доктору не понравилось, – небольшой нарыв тут же обработали и рекомендовали промокать выписанными средствами. Тут кота пришлось держать уже в четыре руки, поскольку сиамский индивид был категорически против болезненных притирок! Хорошо, что с нами Максим пошел в кабинет, без него бы я одна Дамика не удержала.

Я вообще не раз задумывалась над тем, что кошки способны проворачиваться вокруг своей оси внутри собственной же шкуры. И это – не считая протестующих воплей, клыков и когтей!

Осмотр, анализы и лечение любимого питомца я оплачивала на кассе с мрачной решимостью. Еще немного и мои финансы окончательно закончатся, а новой работы я так и не нашла. А еще машина стоит на стоянке, потому что без страховки…

Но уже у машины, заперев Дамьена на заднем сидении в душном гнете городской жары, я почувствовала, как сомкнулись на талии горячие ладони, и обернулась, на секунду позабыв о проблемах. Макс, лукаво щурясь то ли от озорства, то ли от солнца, притянул к себе и неожиданно быстро и тепло поцеловал. Без лишних слов. Тиская, словно плюшевую игрушку, на глазах у всех, не скрывая своих эмоций, зарывался пальцами в мои волосы, гладил щеки, вдыхал мой запах.

– Макс, ты чего? – отстранилась и заглянула в потемневший прищур хитринок.

Не улыбнуться в ответ я не смогла, – очень уж заразительным оказалось это настроение.

– Катюшка, а давай сейчас заедем к нам домой и пойдем гулять?.. – потерся кончиком носа о мой нос, оглаживая большими пальцами мои скулы.

«К нам»?! Он сказал «к нам»?!

Нет, я знала… Чего я удивляюсь? Просто как-то не ожидала, что это будет звучать так!

А Макс щурится, улыбается хитро, и ласковые солнечные лучи путаются в подрагивающих мужских пушистых ресницах.

«А у меня мужчина есть», – мелькнула мысль.