Опасный пациент

– Мы готовы к подключению? – спросил он ассистентов. Те кивнули. Он шагнул к пациенту. – Так, проходим сквозь оболочку.

До этого момента буры проделали отверстия в кости, но не тронули мембрану оболочки мозга, покрывающую мозговую ткань и содержащую мозговую жидкость. Ассистент Эллиса сделал пункцию.

– Есть жидкость, – объявил он. Тоненькая ниточка светлой жидкости заструилась по бритой голове пациента. Сестра осторожно стерла ее губкой.

Росс не переставала удивляться тому, как надежно укрыт мозг. Другие органы тоже, конечно, хорошо предохранены от внешних воздействий: легкие и сердце в костяной клетке ребер, печень и желчный пузырь тоже под ребрами, почки – под толстым слоем жировых тканей, и им ничто не угрожает, к тому же они прикрыты толстыми мышцами спины. Все это очень надежная защита, но она не шла ни в какое сравнение со сплошным костяным покровом центральной нервной системы. Но и это еще не все: под костной тканью были похожие на мешки мембраны, заполненные мозговой жидкостью. Жидкость была под давлением; поэтому мозг словно купался в центре жидкостной системы, обеспечивающей ему отменную защиту.

Макферсон сравнивал мозг с зародышем в околоплодных водах.

– Ребенок выходит из лона матери, – говорил Макферсон, – а мозг никогда не покидает своего обиталища…

– Будем устанавливать, – объявил Эллис.

Росс шагнула вперед и встала рядом с остальными членами хирургической команды у кресла. Она наблюдала, как Эллис ввел электроды в отверстие и, войдя в мозговую ткань, чуть толкнул их вглубь. Оператор нажал нужные клавиши на пульте. На дисплее вспыхнула надпись: «ПУНКТ ВВОДА ЛОКАЛИЗОВАН».

Пациент не шевелился и не издавал ни звука. Мозг не чувствовал боли – в нем же отсутствуют болевые рецепторы. Это был странный каприз эволюции – то, что орган, реагирующий на болевые ощущения всего организма, сам не имеет ощущений.

Росс перевела взгляд с Эллиса на рентгеновский монитор. Там в черно-белом контрастном изображении она увидела, как четко очерченный электрод медленно проникает в глубь мозга. Она завороженно следила за изменением порожденного воображением компьютера образа.

Компьютер интерпретировал рентгенограммы, рисуя на дисплее схематичный мозг с зоной ввода электродов в височной доле, очерченной красной сплошной линией, и мерцающим голубым пунктиром отмечая маршрут движения электрода до места установки. Пока что Эллис вводил электрод, не отклоняясь от нужной траектории.

– Здoрово! – вырвалось у Росс.

Компьютер быстро высвечивал трехмерные координатные сетки по мере погружения электрода все глубже в мозг.

– Совершенствуемся на практике, – отозвался Эллис грубовато. Он уже пользовался аппаратом глубинного сканирования, соединенного со стереотактической «шапкой».