Особа королевских ролей
Никогда не говори «никогда». Иван Павлович и предположить не мог, что заведет собаку. И вот теперь его любимая Демьянка заболела. Ветеринар назначает пациентке лечебное плавание. Непростая задача – заставить псинку пересекать ванну кролем. И дело, которое сейчас расследует Подушкин, тоже нелегкое. Преподаватель музыки Зинаида Маркина просит выяснить обстоятельства исчезновения ее невестки Светланы. Та улетела за границу отдыхать на море и в первый же день пропала. Местная полиция решила, что Света утонула, отправившись купаться после нескольких коктейлей. Но Маркина уверена: невестку убили… Да еще Элеонора (да-да, она воскресла из мертвых) крайне недовольна памятником, который на ее могиле поставил Подушкин. Что тут можно сказать? Держись, Иван Павлович, тьма сгущается перед рассветом, ты непременно во всем разберешься.
А тетушки почти уже пенсионерки, они не станут хихикать после моего ухода.
Я заулыбался и подошел к прилавку.
Глава 10
– Что хотите? – сурово осведомилась дама.
– Мне нужна… э… банка, – произнес я.
Тетушка повернулась к своей коллеге, которая стояла рядом.
– Инна!
Вторая аптекарша не отреагировала.
– Инна! – во всю мощь легких гаркнула бабуля.
Товарка вздрогнула, затем открыла ящик и бодро воскликнула:
– Есть в наличии дозировка ноль два.
– О чем ты? – изумилась ее напарница.
– Надюша, ты попросила инокаин, – ответила бабуля.
– Нет! Просто тебя звала. Ему нужна банка!
– Банка? – заморгала Инна. – Какая?
Надежда сурово взглянула на меня.
– Вот и у меня тот же вопрос. Какая банка? Для засолки огурцов?
– В аптеке их нет, – пропела Инна, – наши емкости исключительно для медицинских целей.
– Мне именно такую, – обрадовался я.
– Размер? – коротко уточнила Надя.
Я вздохнул, диалог потек в нужном направлении.
– Обычный.
– Обычный какой? – не успокоилась Надежда, а Инна снова привалилась к прилавку и впала в состояние кролика, на которого с вожделением смотрит голодная змея.
Я пожал плечами:
– Обычный общий.
– Обычного общего не знаю, я его за всю свою жизнь в аптеке так и не видела, – насупилась провизор. – Уточните, для какого анализа?
Я решил говорить с суровой пожилой дамой на научном языке:
– Предстоит исследование урины.
– Инна! – заорала Надя."
"– А? Что? – вздрогнула коллега. – Есть в дозировке ноль два.
– Забудь наконец про инокаин! – рассердилась Надя. – У нас есть емкость, чтобы исследовать урину?
– Это что? – заморгала Инна.
– Вот и я в недоумении, – кивнула Надя, – молодой человек, объясните нормально, по-человечески. Если вы очень умный, то знайте, мы две дурочки, с нами надо попроще. Или рецепт покажите, направление от доктора, или четко сообщите, чего хотите.
– Мальчик, – защебетала Инна, – а для чего вам баночка? Что вы с ней делать собрались?
– Да, и мне интересно, – подхватила Надя.
– Туда надо пописать, – сообщил я.
Инна заморгала, Надя открыла шкаф.
– Некоторые люди, о присутствующих не говорю, некоторые особы странные, как мышь в пироге. Нужна банка для пописа? Так и скажи. Чего выпендриваться. Вот. Цена на пакете. Устраивает?
Я уставился на прозрачную упаковку.
– Простите мою непонятливость.
– Ничего, солнышко, к нам постоянно неадекватный народ ходит, мы давно привыкли, ничему не удивляемся. Правда, Надюша? – решила приободрить меня Инна. – Что тебе, мальчик, непонятно? Спрашивай, не стесняйся. Ну?
Я задал вопрос, который вертелся на языке.
– Как в нее анализ налить?
– Проще только облизнуться, – неожиданно ответила Надежда, – отвинчивай пробку и пис-пис.
– Так она промахнется, – пробормотал я.

















