Отработанный материал
На этой планете нет промышленности и прогресса. Это странный, холодный мир, где неугодные граждане и списанные бойцы спецподразделений живут, а точнее, выживают, как могут. Но даже на этом насквозь промёрзшем куске камня, несущемся по своей орбите, он, забытый, брошенный на произвол судьбы, продолжает оставаться самим собой. Разведчиком. Тем, кто первым высаживался на открытые планеты и первым сталкивался с неизвестными цивилизациями.
Дальше или плати, или отработай. Даром кормить никто никого не обязан. А эти ничего делать не хотят. Будут только стоять и бубнить о божественном откровении. Избавь тебя господь от глупости в дом их пустить. Потом не выгонишь. Ещё и воруют, что плохо лежит.
— А чего они вдруг орать-то начали? — спросил Влад, украдкой оглядываясь через плечо.
— Чтобы внимание привлечь. Зачем же ещё? Увидели двух охотников, значит, обязательно попытаются догнать и чего-нибудь выпросить, — презрительно выплюнул Мишель, аж передёрнувшись от омерзения.
— Тогда пошли быстрее. Они в нашу сторону посланцев отправили, — ответил Влад, прибавляя шагу.
— Обычная тактика. Несколько подростков догоняют и начинают хватать за руки, задавая вопросы и галдя, пока остальные подходят. Детей бить не будешь, а осторожно оторвать их от себя не получится. Будут хвататься до последнего.
За разговором они успели зайти за скалу, где постоянный ветер сдувал снег, и беглецы могли не беспокоиться за оставленные следы. Глотнув своего лекарства, Влад одним движением выхватил у Мишеля связку с рыбой и, забросив её на плечо, скомандовал:
— Догоняй, — неожиданно припустив неспешной, но очень продуктивной рысью.
Тренированное тело моментально настроилось на бег, и тяжёлые сапоги разведчика гулко застучали по мёрзлым камням. Кинувшийся за ним Мишель успел только выдохнуть:
— Учти, свалишься, я тебя не дотащу.
— Успеем, — ответил Влад, не вдаваясь в пояснения своей идеи.
Приятели успели свернуть за следующий валун и, перейдя на шаг, скрыться в лесу, когда у пройденной скалы зазвучали голоса преследователей.
— А они упрямые, — тихо сказал Влад, снова глотнув микстуры.
— Ещё бы. На пустом берегу добычу найти. Будешь упрямым, — зло ответил Мишель.
— Ты уверен, что им не помощь, а именно наши пожитки нужны?
— Так же, как уверен в собственном имени. Ты же видел, во что они все одеты. Лохмотья сплошные. Любую украденную или выпрошенную тряпку занашивают до такой степени, что она прямо на них сгнивает. От болезней и насекомых их спасает только холод.
— А разве у них своего жилья нет?"
"— Откуда? Его же построить нужно, а им, видишь ли, вера работать запрещает. Они в высшие силы веруют, и раз уж эти самые силы привели их в этот мир, значит, и о хлебе насущном, и о жилье они же позаботятся.
— Ну, брат, тебя послушать, так не доктор говорит, с кучей высших образований, а наш корабельный боцман, — усмехнулся Влад.
— И чем это он был так знаменит, этот ваш боцман? — с интересом спросил Мишель.
— Ругался так, что просто заслушаться можно было.

















