Плоть и кровь

Большая кухня с широкими половицами и запахом корицы и кофе, щербатые тарелки и разномастные чашки Зои, стоящие одна в другой за стеклом буфета, выцветшие изображения мексиканских святых и ужасные любительские картины, которые она покупала в благотворительных магазинчиках (ангел с ниспадающими, как у Нэнси Синатра, волосами; чихуахуа; улыбающийся, подстриженный «ежиком» мужчина со свинячьими, глядящими в разные стороны глазками). Все здесь казалось недостаточно серьезным для смертельной болезни. Лишенным торжественности и значительности.

— Привет, — ответил Вилл.

Джамаль сидел за столом, притворяясь, что ест.

— Здравствуйте, — сказал он.

В последнее время мальчик избавился от привычки хранить молчание в присутствии людей, которых не очень хорошо знал. Ее сменила величавая, несколько натужная официальность. Он говорил им: «Здравствуйте», «Спасибо», «Приходите еще».

— Ты не голоден? — спросила у Вилла Зои.

— Нет. Да. Немного.

— У нас сегодня рис с фасолью, — сказала она. — Джамаль подался в вегетарианцы.

— Правда? — спросил у Джамаля Вилл. Джамаль кивнул. — И даже рыбу не ешь?

— Рыбы живые.

Зои наполнила тарелку Вилла рисом и фасолью. Он уселся за стол рядом с Джамалем. Тот подцепил вилкой единственную фасолину, аккуратно поместил ее между губами, пососал.

Он не выглядел ни нервничающим, ни испуганным. И похоже, совсем не удивился внезапному появлению дяди, который живет в трехстах милях отсюда.

— Как у тебя с учебой? — поинтересовался Вилл.

— Очаровательно, — сообщил Джамаль без всякой, похоже, иронии.

— Второй класс, так?

— Да, — ответил Джамаль.

— Живи ты в Бостоне, я мог бы через пару лет стать твоим учителем.

— Я знаю.

Зои налила себе чаю и тоже уселась за стол.

— Я покончила с обедом двадцать минут назад, — сказала она. — Джамаль — самый неторопливый из живущих на свете едоков.

Джамаль улыбнулся — застенчиво, словно получил комплимент. И проткнул зубцом вилки одно-единственное зернышко риса.

— Кажется, это хорошо для пищеварения, — сказал Вилл. Интересно, почему в присутствии детей он часто ощущает себя человеком, явившимся с визитом к политикам малоизвестной далекой страны?

— Кассандра вообще ничего не ест, — сообщил Джамаль.

— Ну, разумеется, ест, — возразила Зои. — Все люди едят.

— Кассандра только пьет — воду, сок и кофе, — сказал Джамаль.

— Перестань, — сказала Зои. — Кассандра ест, и помногу. То, что ты говоришь, даже отдаленно на правду не походит.

— Один раз съела яблоко. Всего одно зеленое яблоко.

— Я не хочу спорить с тобой об этом. Могу поручиться, что за последние двое суток ты хотя бы разок, да видел, как Кассандра уплетает чизбургер.

— Как она, Кассандра? — поинтересовался Вилл.