Почти родные

Зачем, спрашивается, травить себя этой ерундой?

Прижавшись спиной к перилам крыльца, вопросительно изгибаю бровь.

– Рано или поздно наступает момент, когда в паре возникают противоречия, – продолжает Ковалёв. – Это неминуемо. Одни находят выход из ситуации, другие нет. Полагаю, у нас будут серьезные разногласия.

– Не понимаю, что ты хочешь этим сказать.

Намекает, что между нами постоянно будут ссоры? Они и так всегда были.

– Все, что ты знаешь о моей жизни из соцсетей, неправда. Это пиар. И не более того.

– Ты на самом деле не спортсмен, а тайный агент? – не могу я сдержать улыбки.

– С недавних пор мои отношения с Натали находятся в рамках делового соглашения. Я востребованный спортсмен, который несколько лет подряд брал призовые места и выигрывал кубки. Она известная личность за границей, работающая над своим имиджем. Интерес общественности к нашей паре был повышенным с самого начала. После одного из скандалов, за которым последовало громкое расставание, менеджеры Натали связались со мной и предложили так же бурно помириться. Якобы фанаты только об этом и говорят. Сначала мы оба отказывались идти на этот шаг, на тот момент даже разговаривать не могли спокойно. Однако, когда эмоции остыли, а наш рейтинг порознь пополз вниз, приняли решение эффектно воссоединиться. Но перед этим поставили подписи на соглашении, что отныне каждая из сторон выплачивает огромную неустойку за не предусмотренное контрактом выяснение отношений и разрыв. Моя популярность на фоне скандала отлично возросла. После примирения – стала еще выше. Чемпионаты и кубки – это, безусловно, полностью моя заслуга, но развивающийся канал, реклама и созданный образ – работа менеджеров Натали. Через пару месяцев, накануне чемпионата, она прилетит в Россию якобы для нашего очередного «воссоединения». Готова ты к такому повороту событий? По-прежнему хочешь лишиться девственности со мной? – прямо спрашивает Андрей.

Я морщусь от услышанного, не сразу уловив суть.

– То есть… ты и твои отношения с этой девушкой… Это все не по-настоящему?

Андрей громко хмыкает.

– Кроме соглашения, ничего серьезного с Натали у нас сейчас нет, хотя близость по общей инициативе иногда случается. На людях мы вместе, в действительности – каждый сам по себе. Надеюсь, ты понимаешь, что подписан также документ о неразглашении. Я ни с кем не обсуждаю свою личную жизнь. Тем более в подробностях.

Сон улетучивается, будто его и не было.

– И Натали это устраивает?

Андрей делает еще затяжку.

– В этом-то и проблема. Она пошла на этот шаг, видимо пребывая в иллюзии, что у нас все будет как прежде.

Ловлю себя на мысли, что и решительность, и упрямство, с которыми я отправилась сегодня в клуб, испарились без следа.