Просто друзья (СИ)

Я была зла, что поверила в дружбу, в ее искренность и свет. А на деле столкнулась с предательством. Меня будто использовали все эти годы.

Но вишенкой на торте стал наш с ней последний разговор. Перед выступлением я не спала ночь. Меня трясло, а голова раскалывалась на две неравные половинки, соединить которые просто невозможно. Была мысль скрыться, уйти, лишь бы не ступать на сцену. Убивала мысль, что Мила больше не хочет танцевать со мной. Друг, который отказался от тебя, потому что есть кто-то лучше. И этот кто-то не другой человек, а лишь другой танец."

"И я бы пережила и это. Но эмоциональная закрытость ее вывела меня из себя. Я лишилась поддержки близкого и не ошибусь, если скажу, что единственного, человека в последний момент, самый важный для каждой из девочек в раздевалке. Она говорила про погоду, про почки и заморозки. Ей, получается, было все равно, что будет?

Больше у меня нет друга. А может, никогда и не было. Это все длинное и жестокое представление. Мы два актера, что отыграли свои роли.

И кто бы знал, на что способна Мила Апраксина. Мои цветные драже были так жестоко раздавлены. Сейчас я ощущаю себя именно той дальней, что закатилось под стол, но даже там ее кто-то умудрился раздавить. А косметика? Зачем она трогала ее? Зачем разбрасывала? Но ранит и не это. Ранит ее взгляд. Она нагнулась, чтобы наши глаза были на одном уровне. В них я читаю сожаление. А еще она просит прощение.

— За то, что оставила меня? Или за разорванную книгу, за выброшенную косметику? За что?

Так странно. Мы виноваты обе. Я, что завидовала. Это пелена затмевала мои глаза. Она, что бросила.

Ее куда-то уводит Иринка. Так грубо схватив за предплечье. Боюсь, что останутся следы. Первая мысль все-таки набрать Глебу и рассказать все, что с нами произошло. В каком фарсе мы приняли участие. Но вместо этого я выбегаю следом. Бегу по коридору, не знаю даже куда именно. Мыслей больше нет. Даже самая разумная, что они в кабинете Ирины Григорьевна где-то тешится на задворках. У меня только единственное желание — не дать Миле ответить за все одной. Ведь я знаю, хоть и чертята ее гуляли сегодня по коридорам нашей академии, сама же Мила, настоящая, никогда и ни за что не обвинит в произошедшем других. Только себя.

— Зойка, да подожди ты, — голос Сони слышу позади себя. Она выкрикивает мое имя будто звала меня целыми днями. Девчонка, что вечно крутилась вокруг нас, но так и не решившая подойти и просто поздороваться. Надменная и одинокая Соня.

— Что тебе?

— Ты куда?

— За Милой. Это карга сейчас на нее всех собак спустит.

— Она, наверное, ее в кабинет повела.

Мы теперь бежим в обратном направлении. Быстро пролетаем все ступеньки, пролеты. Проносимся как две птицы, чьи взмахи крыла могут сбить любого.

Останавливаемся только у кабинета.