(не) Измена. Ребенок от бывшего мужа

Он может забывать есть и пить, когда занят делами, а учитывая, что на него навалилось и какие проблемы он решает, то усталость сама собой разумеется…

Проходим на кухню, пока дочка смотрит по телевизору мультики и, кажется, забывает о нас, успокоившись, ведь Миша из нашей квартиры никуда не денется, слово сдержит, и она поедет в гости к отцу.

Мася похожа на отца характером. Своей обстоятельностью.

- Сделать тебе кофе по-турецки? – спрашиваю и беру в руки турку.

- Все еще помнишь какой люблю? – спрашивает Михаил неожиданно тепло, и я беру чашку, заливаю воды в турку, у меня спина натягивается, но я решаю, что не подам вида.

- Без сахара, без соли с щепоткой корицы? – придаю голосу вопросительные нотки."

"- Именно такой, - отвечает Михаил, а я занимаю руки, чтобы не истерить, я чувствую его взгляд, он скользит по моей спине.

- Все так же любишь ходить босиком? – теперь его черед задавать мне вопрос, и я поджимаю пальчики на ногах, всегда так делала, когда смущалась, спохватываюсь, понимая, что сейчас я открытая книга для Михаила и просто “угукаю”.

По кухне разносится богатый аромат насыщенного кофе, а я… я неожиданно для себя посылаю все к чертям и открываю крышку кастрюльки, еру половником наваристого борща и наливаю в тарелку, разворачиваюсь и кладу тарелку перед Михаилом.

- Насколько помню, ты любишь борщ.

Опускает взгляд на тарелку, а я отхожу, беру хлеба, сыра, зелени и сметаны. Быстро сервирую стол. Как когда-то… в прошлой жизни, когда мой муж приходил уставший с работы и не смотря на всю тяжесть рабочего дня уделял мне время.

Он ел… а я садилась перед ним и смотрела, как муж есть и было в этом что-то… интимное… близкое… это не секс, не ласка, а просто проявление тепла и заботы.

На этот раз я отхожу от стала. Не хочу повторения того, что было когда-то ведь наши пути с Мишей разошлись.

Михаил же опускает взгляд на тарелку с супом, смотрит на весьма скромный стол, окидывает взглядом нашу небольшую кухню, чистенькую, конечно, но все же это далеко не то, к чему привык господин Воронов.

- У тебя здесь очень уютно, Яна… Ты всегда была прекрасной хозяйкой.

- Это не только моя заслуга. Это родительский дом.

Кивает. Улыбается. Но так и не притрагивается к еде.

- Яна… - говорит и замолкает, а потом вновь смотрит на меня, - я могу попросить тебя поесть со мной? Ты ведь знаешь, что я терпеть не могу есть в одиночестве.

Хмурюсь, окидываю Воронова внимательным взглядом. А он поражает меня своей наблюдательностью и умением подметить все детали:

- Просто поешь. Ты ведь совсем недавно с работы пришла и судя по тому, что сушилка для посуды пуста, а грязных тарелок не наблюдается – ты не ела…

67

Надо же, поражаюсь внутренне тому насколько Миша зрит в корень.