Пышка с характером

Мамино пальто на ней не сходилось, поэтому она дефилировала по улице в экипировке бомжихи: незастегнутое внизу пальто было перехвачено под грудью ремнем, а огромный живот, замотанный пуховым платком, выпирал, как торпеда, закрывая обзор. У Маруси выработалась привычка ходить, слегка вытянув шею вбок, иначе увидеть, что творится под ногами, было невозможно.

Маруся страшно комплексовала по поводу своего внешнего вида и старалась выбираться на улицу только в случае крайней необходимости. Виктор опять начал пропадать по вечерам, пить, а однажды не пришел ночевать.

Зато измученной ожиданием Марусе позвонила неизвестная девушка, разговор с которой довел и без того раздражительную беременную до бешенства.

– Вы Марина? – осторожно прошелестела звонившая.

Напуганная длительным отсутствием супруга, Брусникина решила, что ей звонят если не из морга, то уж, во всяком случае, из больницы."

"– Я… Брусникина Марина Игоревна, – послушно отрапортовала она и начала трястись всем телом, беспокоя этим «землетрясением» малыша.

– Вы ведь никогда не любили его, – заунывно прогундела девица и всхлипнула: – Вы так и не смогли сделать его счастливым.

Расценив прошедшее время, употребляемое в повествовании, как подтверждение факта отбытия супруга в мир иной, Маруся стала тихо подвывать, представляя себя одинокой молодой вдовой у засыпанного цветами гроба.

– И он тоже никогда вас не любил, – не унималась девица, и Маруся согласно захлюпала носом, мол, да, не любил. Что уж теперь…

– Вы обманули его ожидания. Разве вы похожи на женщину мечты? Да на вас без слез не взглянешь: центнер сала в драном халате, – вещала неизвестная. – Вы обязаны были за собой следить, чтобы соответствовать такому потрясающему мужчине.

– Я что-то не поняла. – Старательно втаптываемая в грязь Маруся перестала убиваться по безвременно ушедшему Виктору и, звучно высморкавшись, поинтересовалась: – А вы кто?

– Я его любимая и единственная, – с апломбом заявила девица.

– Так он не умер?

– Кто?

– Витька!

– Не Витька, а Виктор, я бы попросила с уважением относиться к моему мужчине, – злобно процедила неизвестная.

Маруся похлопала глазами, неуверенно посмотрелась в зеркало, потом легонько ущипнула себя за руку: это был не сон.

Ей действительно звонит очередная любовница. Ситуация напоминала дурной анекдот, где главным действующим лицом являлась стервозная толстая жена, мешавшая воссоединению двух любящих сердец. Маруся яростно засопела, поняв, что убиваться на могиле Виктора ей не придется и этот подлец не лежит одинокой тушкой в холодном морге, а продавливает чужой диван.

– Больно резво ты тут распоряжаешься, – выдохнула она, решив отомстить нахалке по полной программе. – Ты очередь-то соблюдай.