Разум чудовища

Александр Блок

* * *"

"Ночь – как ночь, и улица пустынна.Так всегда!Для кого же ты была невиннаИ горда?Лишь сырая каплет мгла с карнизов.Я и самСобираюсь бросить злобный вызовНебесам.Все на свете, все на свете знают:Счастья нет.И который раз в руках сжимаютПистолет!И который раз, смеясь и плача,Вновь живут!День – как день; ведь решена задача:Все умрут.4 ноября 1908Джон фыркнул от негодования, дочитав до конца. Почесал затылок, вернулся к началу стихотворения, пошел по второму кругу.

– Это ключ? – спросил он, после долгой паузы. – Викорски, ты смеешься? Где же здесь ключ?! В словах «и в который раз в руках сжимают пистолет»? Или «решена задача: все умрут»?

Эксперт-аналитик отложил лист бумаги, прошел на кухню, вынул из шкафчика бутылку «Johnny Walker».

Теперь можно было от души плеснуть в стакан, чтоб по-настоящему активировать, взбодрить мозговые извилины. Придать им возможность работать нестандартно, творчески.

Хеллард вернулся в гостиную с бутылкой, поставил ее на пол, возле дивана. Уселся, сжимая листок в руках. Что увидел здесь Викорски? Нет! Что увидел здесь робот? Почему перед смертью в электронных мозгах было стихотворение? Почему исчезло все прочее, осталось только это?

Да, у человека так бывает – он зацикливается на чем-то одном.

Выделяет кажущееся главным, самым важным. Все остальное подавляется, уходит на второй план, становится незначительным. Просто исчезает. Бывает, человеку хочется покончить с собой, какая-то обида, какая-то мысль овладевает живым существом, все прочее – даже положительное – отбрасывается. В такой момент человек не может думать ни о чем другом, впадает в депрессию – мечется по замкнутому кругу, из которого нет выхода. Точнее, выход есть, однако человек его не видит.

Но робот ведь – не живое существо.

– Ты забыл, Хеллард, – сказал эксперт сам себе. – Этот робот – не человек. Но он способен мыслить, как мы. В этом вся проблема…

Джонни еще налил в стакан, выпил. Улегся на диван, закинул ноги на спинку. Поднес листок к глазам, вчитываясь в строки, в поисках ответа.

Лишь сырая каплет мгла с карнизов.Я и самСобираюсь бросить злобный вызовНебесам.Хеллард долго лежал на диване, размышляя не о роботе и даже не о «Безупречном». О людях. О пути, ошибках, странных водоворотах событий, связывающих или навеки разъединяющих живые существа… Автомат погасил верхнее освещение, посчитав, что хозяин дома уснул.

Джон не стал отменять ночной режим. Теперь он знал строки наизусть, ему не надо было видеть лист бумаги, чтобы еще раз освежить в памяти стихотворение.

«Кажется, Викорски прав, – подумал эксперт-аналитик, проваливаясь в сон. – Здесь что-то закопано, очень важное. Мы в шаге от разгадки. Жаль, пока не угадать, в чем смысл…»

Он заснул на диване, прямо в одежде.