Развод. С вещами на выход!

Распухшая, мокрая, со следами выделений.…

Оттраханная так, что даже сейчас фантомно ныла.

Вячеслава не было рядом."

"Но, может быть, он находился в основном помещении.

Я медленно поползла в сторону санузла, осторожно присела на унитаз и помочилась с таким удовольствием, что можно было кончить ещё раз. Потом — в душ.

— Зверюга… — тихо возмутилась я, разглядев в крошечное зеркало следы засосов и синяков.

Особенно досталось груди: Вячеслав уделил ей неприлично много времени и вытворял такое, чему могли научить только в порно.

Немного придя в себя, я прошлась, все ещё веря. что найду своего пылкого любовника в других комнатах. Может быть, он встал и оставил меня на узком диванчике одну, чтобы благородно дать мне немного поспать?

Но тишина была такая, что стало ясно: никого, кроме меня, здесь нет.

Не было даже Шарика!

Я ещё раз проверила всюду, даже глупо заглянула в узкий шкаф-пенал.

Отдавала себе отчет, что Вячеслав в такой шкаф точно бы не поместился, но… надежда — такая надежда.

Отчаянная и глупая.

Но ещё и обидчивая.

Поняв, что Вячеслав слинял, я обиженно шмыгнула носом.

Огляделась и разозлилась, что он ушел.

И почему-то я знала, что Шарик вернется, а Бомж Вячеслав — нет.

— Ну и пожалуйста! Ну и не нужно! Решала?! Нет! Балабол! Воспользовался беззащитной доверчивой женщиной…

Я разозлилась и от обиды вынесла его цветы на улицу, выставила на мороз.

Но потом вспомнила всем набившие оскомину строки, которые, тем не менее, я очень любила:

Белые розы, белые розы — беззащитны шипы.

Что с ними сделал снег и морозы, лёд витрин голубых?

Люди украсят вами свой праздник лишь на несколько дней,

И оставляют вас умирать на белом холодном окне.

Цветы ещё пока были живые, и ни в чем передо мной не провинились.

В отличие от их дарителя!

Поэтому я занесла цветы обратно.

***

Как я и предполагала, Шарик вернулся, а Вячеслав — нет.

От Бомжа Вячеслава остался шикарный букет цветов, жуткое похмелье, саднящая вагина и сережка-пирсинг, по словам дарителя, не абы какая, а с целым бриллиантом…

Я забросила эту сережку в кошелек и никуда относить не стала. Не поверила, что там бриллиант.

Ведь Вячеслав обещал, что ещё на три дня задержится, но сам убежал, не прощаясь.

Чуть позднее я обнаружила, что он ушел не с пустыми руками…

Он украл один из моих скальпелей, которыми я работала!

Что за человек такой, разозлилась я! Зачем ему мой скальпель…

Уууу…

Вот мужики пошли: попользоваться, потрахаться и.… обобрать!

***

Вячеслав

— Егерь?! Я думал, ты всё… — старый друг округлил глаза. — По моргам звонить не стал. Сам же знаешь, когда за дело берутся серьёзные люди, то там искать бесполезно!

— Надеюсь ты не успел выпить за меня, не чокаясь?

— Нет.

— Пиздишь.

— Ну… — развел руками.

— Сядь, Тундра, не стой.