Стальной цветок долины

Но, правда, перед тем как отправится к господину, напомнили ей подружки, обязательно требовалось освежить дыхание, погрызя палочку корицы.

Ну и, конечно же, подходящий случаю наряд! На его подбор ушло более четырёх часов. Надев один и покружившись вокруг медной пластины, Хафса недовольным визгом скидывала с себя прозрачное нечто, напяливая на себя следующий, точно такой же, разными были лишь их оттенки.

А вот на репетицию танца живота ушло всего час, видно, девушка не сомневалась в своих умениях доставить усладу глазам господина своими движениями.

— Акгюль! — услышала я громкий недовольный окрик калфы, следом за ней в комнату к наложницам вплыл Башир-ага.

— Радуйся, тебя сегодня возжелал видеть у себя в опочивальне господин наш, — торжественно произнёс он, глядя прямо на меня.

— Что? — ошарашенно переспросила, уставившись на довольного мужчину и мрачную калфу. В моей голове почему-то в первую очередь возникла мысль о Хафсе, которая весь день убила на прихорашивание и здесь такое невезение. И так обидно за неё стало, что я не нахально заявила, — нет!

— Калфа Сафии, — усмехнулся ага, казалось, довольный моим отказом, — подготовь наложницу.

Глава 16

Отдав приказ, Башир-ага выплыл из комнаты, но вместо него возникли три крепких мужчины, и встали рядом с усмехающейся калфой.

— Шекер! Приготовить Акгюль, — распорядилась Сафие и тут же в помещение вошли четыре женщины, не останавливаясь ни на минуту, две из них подхватив меня под руки, рывком подняли на ноги и потянули к выходу из помещения."

"Сопротивляться им, я не видела смысла, устраивать погром в комнате? Зачем, ну сегодня не попаду к наместнику, эти придумают причину и объяснение этому, и всё равно рано или поздно заставят идти. Так зачем оттягивать неизбежное…

— Хм… ну пойдёмте, — хмыкнула я, выдернув руки из на удивление крепкого и совсем неженского захвата, громко добавила, — не нужно меня хватать!

Моё приготовление в покои к господину было не столь долгим, но процедуры я прошла те же, правда наотрез отказалась жевать смесь из перца. Но стрелки мне нарисовали, маслом моё тело, чтобы из рук выскальзывала, намазали и наряд, подобрали, совершенно ничего не скрывающий.

— Рано тебе ещё к господину, недостойна услаждать его взор, — сердито пробормотала калфа, внимательно меня осматривая.

— Так, давайте посижу ещё в серале, — предложила я, медленно поворачиваясь вокруг себя.

— Башир-ага не оставляет попытки меня перед господином опозорить, — продолжила бурчать Сафие, забывшись, но тут же недовольно поджав губы, буркнула, — не твоё дело! Придёшь в покои, склонись…

Около тридцати минут меня инструктировали, что нужно сделать, как только я окажусь в покоях господина.