Сердце Дракона. Тринадцатый Том. Часть 2

— Давай станцуем? — вдруг предложила Аркемейя.

— Кому-то надо играть, — Хаджар указал кивком головы на Ронг’Жа.

— Пусть остальные играют, — Аркемейя поднялась и, распустив волосы, использовала красный платок, которым и держала свою гриву, чтобы оплести запястье Хаджара. — Пусть они играют, а я спою… тебе спою.

— Ты умеешь петь? — удивился Хаджар.

Зеленые глаза сверкнули лукавством демоницы.

— У тебя есть только один шанс это узнать.

Она так и не развязала платка. Они встали и подошли к огню. Языка пламени сверкали на её коже и в её глазах, делая охотницу еще прекраснее, чем она уже была.

Из-под покрова тьмы ночной,

Из чёрной ямы страшных мук

Благодарю я всех богов

За мой непокорённый дух.

Хаджар вспомнил, как увидел её впервые — в горах Ласкана. Среди демонов. Обреченную на одиночеству, но не сдавшуюся воительницу, готовую поднять свои сабли пусть даже против целого мира.

Она была настолько же прекрасна, насколько свободна и сильна.

И я, попав в тиски беды,

Не дрогнул и не застонал,

И под ударами судьбы

Я ранен был, но не упал.

Они двигались друг перед другом в простом, деревенском танце. Ходили по кругу, держась за платок и не сводил глаз друг с друга. Но большего им и не надо было.

Изгой среди людей, потомок Врага, обреченный на то, чтобы вечно скрывать свое истинное “я” от любого, кто подберется слишком близко.

Изгой среди демонов, полукровка, у которой не было ни прошлого, ни будущего, единственная цель которой — спасти сестру, закончилась в том месте, которое могло бы стать им обеим домом, но не стало.

Тропа лежит средь зла и слёз,

Дальнейший путь не ясен, пусть,

Но всё же трудностей и бед

Я, как и прежде, не боюсь.

Два воина, которые сражались всю свою жизнь потому, что так встали звезды; потому, что так расставили фигуры кто-то другой, более древний, могучий или имеющий власть.

Неспособные скинуть с себя эти оковы, они могли лишь голодным псами рычать и пытаться сорвать с себя ошейники.

Ошейники, надетые судьбой.

И, может они не любили друг друга в том смысле, в котором было бы понятно обычным людям. Но они не были обычными, а что бы понять, что их связывает, кроме красного платка, связавшего запястье, у них будет еще цела жизнь.

Жизнь, длинной во все время мира.

Не важно, что врата узки,

Меня опасность не страшит.

Я — властелин своей судьбы,

Я — капитан своей души.

Когда танец остановился, Хаджар снял браслет со своего запястье и протянул Аркемейи.

Они так и не разорвали зрительного контакта.

Охотница надела его, а затем протянула свой Хаджару.

Тот зубами завязал его правой руке.

После этого они продолжили танцевать.

Почему?

Потому что ничего не изменилось.