Сезон гроз

 – Нимуэ соскочила с фургона, забрала свой узелок и остальной багаж, после чего сделала неловкий реверанс. – Большое спасибо, что на повозку взяли. Тогда, в лесу… Большое вам спасибо…"

"Она сглотнула, вспомнив черный лес, в чащу которого привел ее пару дней назад шлях – огромные, страшные деревья с повыкрученными ветвями, переплетавшиеся в свод над пустой дорогой. Дорогой, на которой она вдруг оказалась одна, как перст. Вспомнив ужас, охвативший ее тогда. И желание развернуться, броситься наутек. Назад, домой. Оставив глупые мысли об одиноком путешествии по миру.

Выбросив их из головы.

– Да господи ты ж боже мой, не за что, – засмеялся купец. – В дороге помочь – это по-человечески. Бывай!

– Бывайте и вы. Счастливого пути!

Она постояла минутку-другую на раздорожье, глядя на каменный столп, до глади вылизанный дождями и ветрами. Издавна должен он стоять тут, подумалось ей. Кто знает, может, и больше ста лет? Может, помнит этот столп Год Кометы? Армии королей Севера, идущие под Бренну, на битву с Нильфгаардом?

Как делала это каждый день, она мысленно повторила заученный наизусть маршрут.

Словно волшебную формулу. Словно заклинание.

Ямина, Гвадо, Сибелл, Брюгге, Кастерфурт, Мортара, Ивало, Дориан, Анхор, Горс Велен.

Городок Ивало давал о себе знать уже издали. Гомоном и вонью.

Лес закончился у раздорожья, дальше, аж до первых строений была лишь голая, щетинящаяся пнями вырубка, что тянулась вплоть до самого горизонта. Всюду вился дымок, рядами стояли и коптили железные бочки – реторты для выжига древесного угля. Пахло живицей. Чем ближе к городку, тем сильнее нарастал гомон, странное металлическое бряканье, от которого земля под ногами отчетливо вздрагивала.

Нимуэ вошла в городок и аж вздохнула от удивления. Источником громыханья и сотрясений земли была удивительнейшая машина из всех, которые ей когда-либо приходилось видеть. Большой и пузатый медный котел с гигантским колесом, что вращалось блестящим от смазки рычагом. Машина шипела, дымила, фыркала кипятком, исходила паром – и вдруг издала свист – столь ужасающий и страшный, что у Нимуэ подкосились ноги. Однако быстро овладела собой, даже подошла ближе, с интересом приглядываясь к ремням и шкивам, посредством которых адская машина двигала пилы, разрезая бревна с небывалой скоростью.

Понаблюдала бы дольше, но уши разболелись от грохота и визга пил.

Она перешла через мост, речка под ним была мутной и отвратительно смердела, несла щепу, кору и шапки пены.

Городок Ивало, в который она вошла, тоже вонял, словно огромная выгребная яма, – где, паче чаяния, кто-то еще и ухитрился испечь над огнем тухлое мясцо. Нимуэ, которая последние недели провела средь лугов и лесов, начало не хватать воздуха.