Сезон гроз

Геральт, чтобы закончить, подошел и ткнул его концом клинка под грудину. Это было ошибкой.

Огротролль застонал и ухватился за клинок, эфес и руку ведьмака. Глаза его уже застила мгла, но хватки он не разжал. Геральт поставил ему на грудь сапог, уперся, дернул. Хотя кровь брызгала у него из руки, Буэ не отпускал."

"– Ты глупый сукин сын, – процедил, входя в комнату, Паштор, целясь в ведьмака из своей двулучной арбалесты. – Ты сюда за смертью пришел. Ты уже мертвяк, чертово семя. Держи его, Буэ!

Геральт дернулся. Буэ застонал, но не отпустил. Горбун ощерился и нажал на спуск.

Геральт присел, уклоняясь, тяжелая арбалестная стрела чиркнула перьями о его бок, хряпнула в стену. Буэ отпустил меч, лежа на животе ухватил ведьмака за ноги, обездвижил. Паштор закричал триумфально и поднял арбалесту.

Но выстрелить не сумел.

В комнату ворвался, словно серый снаряд, огромный волк. Ударил Паштора по-волчьи, в ноги, сзади, порвал подколенные сухожилия и сосуды. Горбун заорал, рухнул. Тетива оброненной арбалесты щелкнула, Буэ захрипел. Стрела попала ему прямо в ухо и вошла по перья. А наконечник вышел из второго уха.

Паштор завыл. Волк распахнул ужасную пасть и схватил его за голову. Вой перешел в хрип.

Геральт наконец-то отпихнул мертвого огротролля.

Дуссарт, уже в человеческом обличье, поднимался над трупом Паштора. Вытер губы и подбородок.

– На сорок втором году жизни волкулаком, – сказал, встретившись с ведьмаком взглядом, – наконец довелось мне кого-то загрызть.

* * *– Я должен был прийти, – оправдывался Дуссарт. – Я знал, господин Геральт, что надобно вас предостеречь.

– Насчет их? – Геральт вытер клинок, указал на неподвижные тела.

– Не только.

Ведьмак вошел в комнатку, на которую указывал волкулак. И непроизвольно отпрянул.

Каменный пол был черен от загустевшей крови. Посредине зияла темная, обложенная камнем дыра. Рядом громоздилась пирамида из трупов. Нагих и искалеченных, порезанных, четвертованных, иной раз с ободранной кожей. Непросто было определить, сколько их.

Из дыры, из глубины – слышалось это отчетливо – доносились отзвуки хруста, треска раздавливаемых костей.

– Раньше я не мог этого почувствовать, – пробормотал Дуссарт голосом, полным отвращения.

 – Только как вы ту дверь-то отворили, там, внизу, я вынюхал… Бежим отсюдова, господин Геральт. Подальше от этой трупницы.

– Мне тут дело нужно завершить. Но ты – ступай. Спасибо тебе большое, что пришел на помощь.

– Не благодарите. Долг у меня к вам. Я рад, что смог его уплатить.

* * *Вверх вела витая лестница, закручиваясь в выбитой в скале цилиндрической шахте. Непросто было определить наверняка, но Геральт прикидывал, что будь она лестницей обычной башни, он поднялся бы на первый, может, на второй этаж.