Шестое правило дворянина

Даже наш весельчак Минин старался не отпускать в ее адрес своих шуточек, хотя тот же Ларионов уже успел получить от него в свой адрес парочку едких замечаний.

Примерно за двадцать минут до вылета нас пригласили на посадку. Японцы прислали за нами спецборт, который должен был доставить нас прямиком в Кагосиму.

Оказавшись наконец в самолете, все немного расслабились и вскоре дружно заснули. Не знаю, как остальные, а что касается меня, то я благополучно проспал почти да самого полудня, пока Василиса не разбудила меня к обеду и не поинтересовалась что я буду есть: курицу, рыбу или говядину.

От такого обилия вариантов я даже немного растерялся — как-то неожиданно получить от японцев такой сюрприз. Минин вообще переживал, что нас скорее всего будут кормить овсяной кашей. В лучшем случае дадут еще по стаканчику растворимого кофе.

Было приятно, что он ошибся. Еда оказалась на высоте, кофе сварен просто отлично и даже нашлось чем полакомиться плюшевому с Шушиком.

Если так пойдет и в дальнейшем, то даже не знаю что и думать на этот счет. Показная вежливость? Может быть и так. Не думаю, что Фумихито решил занять нейтралитет, скорее всего просто взял временный тайм-аут. В любом случае нас это вполне устраивало — когда на тебя не смотрят как на смертельного врага.

Аэропорт в Кагосиме мне скорее понравился. Небольшое белоснежное здание, весь фасад которого был засажен пальмами и цветами, смотрелось чисто и аккуратно. Такое ощущение, что его выстроили совсем недавно и запретили марать до нашего прилета.

На встречу к нам приехали сразу пять человек, которые все время кланялись и улыбались. Очень необычно. Поначалу мы относились к этим ребятам весьма настороженно, однако со временем это чувство прошло. Вели они себя и в самом деле достойно. Даже Алексей, который приготовил для них парочку шуток, решил оставить их при себе.

Сообщив, что сейчас нас отвезут в Ибусуки, чтобы мы отдохнули до утра, японцы выделили нам сопровождающего, которого представили, как Огасавара и укатили.

— Зачем нам куда-то ехать и почему мы не можем отдохнуть в Кагосиме? — спросил у японца Алабин после того, как нас усадили в комфортабельный микроавтобус с красно-синими мигалками на крыше."

"— Ибусуки — самое красивое место в этой префектуре, Константин-сан, — ответил ему тот. — Горячий черный песок, теплый океан… Там гораздо лучше, чем здесь.

Объяснение было не долгим, но вполне доступным. Больше ничего к уже сказанному японец добавлять не стал, а молча смотрел на нас очень внимательным взглядом.

Глядя на него, могу утверждать со стопроцентной уверенностью, что этот Огасавара был не самым обычным парнем и возможно даже не Мироходцем.