Шиворот-навыворот

Похоже, кроме Пахомова и Агаповой, в живых никого не осталось. Проверьте эту старуху в садовом товариществе. Шестаков, пробей адрес и отправляйся к ней, пусть еще раз подтвердит алиби Цагерта и Пахомова. Игорь, помнится, сильно сомневался, что вся компания находилась на даче именно в день убийства.

— А с вдовой Цагерта как быть? — подал голос Лобанов. — Может, съездить поговорить?

— Можно, но поверь мне, тут мы ничего не добьемся. Женщина с двумя детьми прячется, пытаясь выжить. Она, скорее всего, сама не понимает, что происходит. — Полковник посмотрел вдаль и собирался еще что-то сказать, но в этот момент зазвонил сотовый.

"

"— Да, Кафтанов, — устало буркнул он. Ночь без сна давала о себе знать. Потом резко сел в кресле, услышав голос собеседника. — На ловца и зверь бежит, — расхохотался он в трубку. — Ты мне тоже нужен, Иван Григорьевич. Прямо жизненно необходим. Подгребай в отделение. Да, прям сейчас.

— К нам едет сам товарищ Бессараб, — ухмыляясь, объявил Кафтанов собравшимся. — Вот только мадам Цагерт покинула его и удалилась в неизвестном направлении. — Взгляд полковника быстро переменился.

Сонные глаза вмиг приобрели охотничий блеск. — Шестаков, отставить бабку в Рамарском. Быстро найти свежую фотографию Лилии Цагерт и опросить сотрудников вокзалов и аэропорта. И Пахомова фотку не забудь прихватить. Вполне возможно, они решили вместе деру дать.

За прошедшие две недели Иван несколько раз звонил Вадиму Кафтанову. И уже порядком ему поднадоел. Оперативники сразу опросили всех сотрудников аэропорта, показали им фотографии Лилии и Пахома. Но все, как один, уверяли, что таких пассажиров прошлой ночью не было, тем более с детьми.

Ивану казалось, что разгадка близка и лежит на поверхности, но ниточка ускользала. Казалось, что он упускает что-то важное. Вот только что? А потом пришел ответ на запрос из колонии, в котором четко и кратко сообщалось, что Нестеров В.Г. умер на зоне, диагноз — пневмония… Кафтанов отверг версию о причастности Бумеранга, а Лобанов отбыл в Москву.

Иван приехал в офис и попросил у Леночки, своей помощницы, крепкого чая. Потом перевел взгляд на Самойлову. Та сидела, уткнувшись в монитор, и разговаривала по телефону, болтая ногой и не обращая никакого внимания на косые взгляды начальника.

— Да? Девочка? Вот здорово. А какой вес, рост? Ух, ты. Генк, тебя в крестные зовут? А сестра — крестная? Здорово. А как назвали? Что, правда? Я так и думала.

— Зайдите ко мне сейчас же, — рявкнул Иван, не сдержавшись.

— Все, Ген, пока, тут начальство ругается… — быстро попрощалась Самойлова и под злорадные взгляды Леночки походкой от бедра прошла в кабинет Бессараба.

Иван плюхнулся в кресло и уставился на вошедшую секретаршу, прекрасно понимая, что теряет время.