Шиворот-навыворот

Может быть, и в городе прячется или где-то на необъятных просторах нашей Родины. Никаких зацепок, блин. Никаких. Но он все равно отыщет ее. Сейчас, главное, вычислить и обезвредить человека, объявившего охоту на его любимую

Иван ткнул пальцем в телефон и по громкой связи попросил:

— Леночка, соедините меня с ""Афродитой""… Сейчас…Мне нужна Юлия Говорова.

— Что? — хмыкнула Самойлова. — Нашему мальчику красоту навести захотелось?

— А то, — ответила с легким смешком Леночка. — Юлия Дмитриевна — вроде косметолог. И он ее терпеть не может. С чего это он вдруг?

— Какая разница.

По-моему, у него крыша съехала…

— Ты договоришься, он тебя уволит… — предостерегла Леночка и переключила звонок на кабинет Бессараба.

— Не уволит, — отмахнулась Самойлова.

ГЛАВА 19

Гена Лурдин по прозвищу Кульбит, главный юрист Пахомовской империи, был лысоват, тонок в кости и имел репутацию солидного человека. Дорогой костюм с белоснежной сорочкой, очки в золотой оправе и галстук с портфелем не только подчеркивали интеллигентность Кульбита, но и делали его похожим на выпускника Гарварда или Оксфорда в пятом колене. Внешность эта, как и природная интеллигентность, была обманчива, а прозвище Кульбит — верным.

Долгое время Кульбит занимался разными видами спорта, в школе — спортивной гимнастикой. Имел всякие спортивные награды и чудовищную растяжку. Потом серьезно занимался боксом. И маленьким тонким кулачком выбивал зубы противнику и крошил переносицы ударом ноги. Но и в законодательстве Гена оказался силен. Не было ситуации, из которой бы Гена не вышел сухим из воды, не было ни одной финансовой операции, после проведения которой государство еще не осталось бы Гене что-то должно. Платить налоги в бюджет Гена вообще считал зазорным делом. Сейчас он выбивал кредиты под постройку нового бизнес — центра. Дело оказалось новым в их городе и сулило хорошие прибыли. Нормальных офисных зданий в центре с лифтами, стоянкой и фонтаном, — раз-два и обчелся."

"Вариантов получения кредита на несколько миллиардов имелось два: один — с хорошими процентами и непомерным откатом, другой — с нормальными процентами, но вместо отката человек хотел долю в прибыли. Гена знал, как поступить, и уже выбрал вариант номер один, рассудив, что по-любому какой бы ни запросили откат, он все равно меньше доли в прибыли.

Но оставалась такая вещь, как субординация, и ею осторожный Гена пренебречь не мог. Кроме кредита, еще назрел деликатный вопрос, касающийся лично Гены Лурдина. И если этот вопрос будет решен к всеобщему удовольствию, то Гена войдет в семью, на правах младшего, но войдет. И дело тут было не в понятии семьи дона Корлеоне, а в обычном общечеловеческом понимании. И дело это имело определенное имя, фамилию и даже отчество.