Второй брак

Но это ладно, уже теперь мне от него ничего не нужно, но все же, когда наступил критичный момент и мне потребовался адвокат, из-за чего мне разрешили позвонить Рею, он просто не ответил. В итоге я позвонила Анаис и уже она нашла мне человека, который пытался защитить меня в суде.

— Рей... — Анаис помрачнела. — Он проводит время у постели леди Байет. Говорят, она от удара потеряла память. Ирэн, это правда, что она беременна от Рейнарда?

Я кивнула и Анаис всхлипнула, зло сжимая ладони в кулаки.

— Боже, как ужасно... Предатель. Эта уродина даже не потеряла своего ублюдка, а тебя хотят за это казнить?

— Анаис. — мягко оборвала я ее. — Не говори так. Ребенок не виноват, что родится от таких людей.

— Как ты можешь так говорить? Я бы на твоем месте ненавидела их.

Я протянула руку и погладила Анаис по плечу.

— Пожалуйста, береги себя, что бы ни случилось. И будь осторожна. Хоть ты и не имеешь кровное родство со мной и моими родителями, не делай ничего, чтобы императорская семья могла тебя обвинить. Не ввязывайся в ссоры, не злословь про леди Байет и Рейнарда. Нам пора заканчивать разговор, сестра.

Она вышла вся в слезах, а я осталась ждать в камере своей участи.

***"

"На пятый день моего заточения все решилось. Меня приговорили к казни.

Все это время я надеялась на то, что мою невиновность вот-вот докажут. Я выйду из темницы и расторгну брак с Рейем. Останусь ни с чем и полностью опозоренная, ведь мою репутацию уже не отбелить, даже если найдут того, кто столкнул Байет с лестницы.

Но, тем не менее, я буду свободной. Я даже представляла то, как зайду в какую-нибудь кофейню. Выпью огромную чашку кофе, а потом, постепенно, маленькими шажочками начну двигаться дальше. Найду работу. Сниму квартиру. Или, может, Анаис позволит немного пожить у нее. А леди Байет… пусть подавится тем, что раньше принадлежало мне.

Я в мельчайших подробностях представляла то, что буду делать, когда выйду из темницы.

В плохой исход я просто не верила, а когда услышала свой приговор, перед глазами поплыло и я начала задыхаться.

Даже моя казнь была унизительной. В присутствии всей аристократии, которая пришла поглазеть. Кронпринц лично вынес приговор и выбрал способ казни. Я стояла на эшафоте, чувствуя, как ветер треплет мои запутанные волосы. Хотя светило солнце, я никак не могла согреться после камеры.

Впервые за много лет я снова лично увидела кронпринца. Высокий мужчина, с темными, слегка вьющимися волосами, совершенно бессердечным взглядом, и резкими, словно как у скульптуры вырезанными чертами лица. Он наблюдал за мной с равнодушием в глазах, словно моя жизнь в его понимании ни стоила ни гроша. Похоже, он был только рад окончательно прервать мой род.

По традициям, жизнь аристократа мог прервать только кто-то, имеющий титул, но не простой человек.