Синдром бесконечной радости

Валерий без слов сгреб Сылдыз за шею, скинул на пол, туда, где валялось серебристое платье в блестках.

– Одевайся! – бросил он зло, и в этот момент мужик, откинув в сторону мундштук, выхватил из-под подушки пистолет.

Зотова спасло только то, что мужик был сильно пьян и пистолет в его руке гулял туда-сюда, никак не желая фокусироваться на мишени. Валерий успел выбить его ногой, а попутно еще и разбить лицо его владельцу.

– Лежи молча, падла! – Он подобрал пистолет, сунул за ремень джинсов. – Собралась? – это относилось к впавшей в какое-то ступорозное состояние девушке. – Вот дуры, мать вашу… – Валерий натянул на Сылдыз платье и выкинул ее в коридор. – А ты, урод, лежи здесь и не рыпайся, иначе… – Он внушительно похлопал по пистолету за поясом и вышел вслед за девушкой.

Схватив за руки обеих, он потащил их к выходу, игнорируя вопрос охранника:

– Куда вы их?

Затолкав девушек в машину, он сел за руль и направился в сторону улицы, где жила Саяна Угубешева.

– Благотворительный вечер, значит? – бросив взгляд в зеркало заднего вида, спросил Валерий. – Ну, молодцы – денег не берете, даром работаете. Совсем мозги просвистели, идиотки? Ты забыла, кто твоя мать? Или ты – кто твоя сестра? Как вы вообще посмели…

– Да пошел ты… – вяло отозвалась Дарина.

– Я-то пойду, – кивнул Валерий, – а вот тебя сам лично сегодня же посажу на цепь. Будешь во дворе на поводке гулять, как собака, которая провинилась.

– Не надорвись.

– А не беспокойся, не надорвусь.

Он посигналил у ворот трехэтажного дома, и ворота поехали в сторону.

Охранник впустил машину, подошел и осветил фонариком салон."

"– Сылдыз Баган-оол… – пробормотал он, видимо, шокированный видом дочки мэра.

– Все, могу ехать? – прервал Валерий, и охранник кивнул.

Припарковавшись у крыльца, Зотов вытащил из машины Сылдыз, щелкнул кнопкой сигнализации, запирая Дарину, чтобы не попыталась вырваться, и поволок дочку Саяны домой.

Мэр открыла сама – в глазах тревога, в пальцах – длинный мундштук с сигаретой, длинный шелковый халат распахивался при каждом движении, и Саяна даже не трудилась его поправлять.

– Боже мой… боже мой, Сылдыз… Валерий Алексеевич, почему она в таком виде? Где вы были?

– Это ты у дочери спроси! – зло отозвался Валерий. – А еще лучше – приставь к ней охранника, чтобы мне не приходилось разыскивать ее по злачным местам! Спокойной ночи, Саяна. – Он развернулся и пошел к выходу, изо всех сил сдерживая рвущуюся из груди ярость.

Возле машины он остановился, вынул сигарету, закурил, вбирая в легкие табачный дым и стараясь успокоиться, чтобы не сорваться и не врезать еще раз Дарине, вжавшейся в заднее виденье, хорошую оплеуху.

Почувствовав, как ярость понемногу оседает в нем, как песок в воде, Валерий отбросил окурок и открыл машину.