Скажи пчелам, что меня больше нет

Когда шум охоты (если это можно назвать охотой) смолк, в лесу вдруг стало неестественно тихо — даже ветер будто замер. Взбудораженные происшествием мальчишки увлеченно свежевали енота, настояв, чтобы Фанни непременно подошла и восхитилась их мастерством. Поскольку громкая часть охоты закончилась, Мэнди с энтузиазмом присоединилась к остальным, то и дело уточняя название очередного извлеченного органа.

Джейми сел рядом со мной, поставив ружье у ног, и расслабился, благодушно наблюдая за детьми. Но мне почему-то было тревожно. Эхо выстрела все еще звенело в голове, пробирая до мозга костей.

Я отвела взгляд и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы заместить тяжелый запах свежей крови приятными ароматами леса и грибов. Вспомнив про свои трофеи, я опустила глаза в корзину, где сквозь влажные листья алели мясистые шляпки Fistulina hepatica. К горлу подступила тошнота, и я резко встала.

— Что случилось, саксоночка? — раздался за спиной удивленный голос Джейми. — Тебе нехорошо?

Чтобы не упасть, я ухватилась за белоснежный ствол осины, стараясь не прислушиваться к раздающимся неподалеку тошнотворным звукам.

— Все в порядке, — пробормотала я онемевшими губами и зажмурилась.

А когда открыла глаза, увидела струйку вязкого древесного сока цвета запекшейся крови, вытекающего из трещины в коре. Отпустив ствол, я медленно осела в опавшую листву.

— Саксоночка! — Джейми явно встревожился, но не решался говорить громче, чтобы не напугать детей.

Я сглотнула — раз, другой, а затем вновь открыла глаза.

— Ничего страшного. Просто голова немного закружилась.

— Ты побелела, как эта осина, a nighean. Держи… — Он вытащил из споррана маленькую фляжку и протянул мне.

Виски! Я с благодарностью отхлебнула обжигающий напиток, в надежде избавиться от мерзкого привкуса крови во рту.

Послышались детские крики и смех. Выглянув из-за плеча Джейми, я увидела, что Блу радостно катается по свежеизвлеченным внутренностям — белые пятна на ее шкуре стали грязно-коричневыми. Сложившись пополам, я извергла содержимое желудка; смешанная с виски рвота выливалась даже через нос.

— A Dhia, — пробормотал Джейми, вытирая мне лицо носовым платком. — Девочка моя, ты тоже ела грибы? Думаешь, это отравление?

Я отмахнулась от платка, пытаясь отдышаться.

— Нет, все в порядке. Можно?.. — Я потянулась к фляжке, и муж вложил ее мне в руку.

— Пей маленькими глоточками, — посоветовал он, вставая. Затем направился к детям и в два счета навел порядок. Мясо и шкуру енота убрали в корзину, а останки зарыли под деревом, подальше от моих глаз. Детей Джейми отослал к дальнему ручью, строго наказав им вымыться и помыть собаку.

— Бабушка немного утомилась от прогулки, mo leannan[74], — пояснил он внукам, искоса взглянув на меня. — Мы подождем вас здесь.