Скажи пчелам, что меня больше нет

А также накормлен, одет и получит плату, — добавил Джейми и подумал, что большинству солдат Континентальной армии такое и не снилось.

Энсон кивнул с серьезным выражением на вытянутом юном лице. Все Макхью отличались серьезностью, кроме их матери Аделины, и видит Бог, женщине тяжело пришлось бы без чувства юмора, воспитывая семерых парней.

— Значит, мы собираемся совершить измену? — спросил Энсон. При этой мысли в его глазах замерцал огонек возбуждения.

— Не исключено. — Джейми подавил неуместную улыбку. Он вдруг вспомнил напряженный разговор между ним и Джоном Греем на одной дороге в Ирландии.

Грей, раздраженный отказом Джейми поведать ему о целях Тобайаса Куинна, сказал: «Позвольте заметить, что помощь врагам короля — даже бездействием — является изменой».

На что сам он ровным голосом ответил: «Позвольте заметить, что я уже осужден за измену. Или закон различает разные степени этого преступления? А как насчет отягчающих обстоятельств? Потому что, когда мне вынесли приговор, «измена» — вот единственное, что я услышал, прежде чем мне накинули веревку на шею».

Неожиданно для самого себя Джейми расплылся в улыбке, совершенно не подобающей нынешним обстоятельствам — и тяжелым воспоминаниям.

Окрик Гиллебрайда Макмиллана заставил его резко отвернуться от Энсона и пришпорить лошадь, насколько позволяло скользкое покрывало из мокрых сосновых иголок.

Когда, тяжело переводя дух, они добрались до Гиллебрайда, тот молча указал на дорогу подбородком.

Вот так удача: солдаты остановились у небольшого ручья, чтобы напоить лошадей. Джейми заметил Улисса на ближнем берегу. Он прислонился к голому стволу ивы, и поникшие безлистные ветви сетью ниспадали вокруг него.

Сочтя это хорошим предзнаменованием, Джейми собрал людей и объявил о своих целях. Он позволил Энсону Макхью крикнуть: «Раз… два… три!», и по этому сигналу группа растеклась, как разбитое яйцо. Гиллебрайд и Макхью двинулись на левый фланг, а он сам и Линдси поскакали через ручей, чтобы разделить отряд. Джейми намеревался схватить Улисса, пока Кенни Линдси будет его страховать на всякий случай.

— Держите лошадей! — крикнул он, наклоняясь к Кенни. — Я не знаю, какая из них принадлежит нашему человеку.

Мне нужны седельные сумки!

— Да, Макдью, — ухмыльнулся Линдси, и Джейми издал вопль горцев, который заставил Финеаса, не привыкшего к подобному, резко вильнуть, прижав уши.

Черные солдаты тут же вскочили, чтобы защищаться, но большинство из них уже спешилось, а их лошадям крик понравился не больше, чем Финеасу. Улисс отскочил от своей ивы, как напуганная лисой водяная крыса, и кинулся к привязанной лошади.

Джейми резко остановил коня среди осыпающихся мокрых листьев и соскочил на землю.