Скромница для злодея

«На мгновение, а не навечно». Она не произнесла этого вслух и гордилась этим.

– И я не солгал, когда сказал, что мое имя не для вас.

Не обязательно повторять это дважды. Зачем уязвлять ее снова.

– Да, Дьявол. Я не слабоумная. Я поняла, что данное вам при рождении имя слишком ценное, чтобы делиться им со мной.

Он снова отвел глаза. Снова выругался.

– Ради Христа, Фелисити! Когда я говорю, что оно не для вас, это потому, что оно вовсе не ценное. А потому что оно вас оскверняет.

Она замотала головой.

– Я не…

– Оно не дано мне при рождении. У меня нет имени, данного при рождении. Меня нашли в возрасте нескольких дней на берегу реки Калм[5], завернутого в свивальник и вопящего во всю глотку. К пеленкам была приколота записка с указанием отправить меня моему отцу.

«Боже праведный».

Все у нее в груди сжалось, стоило представить себе его. Ребенка. Младенца. Брошенного.

– Кто мог такое сотворить?

– Моя мать, – бесстрастно ответил он. – Перед тем, как набить карманы камнями и войти в реку, думая, что без нее мне будет гораздо лучше.

Фелисити стало дурно. Что же ожидало эту несчастную женщину? Какой страх ее терзал? Какая печаль?

И тут он добавил:

– Она думала, он меня примет.

Конечно, она так думала. Кто бы его не принял, этого человека – опору, гордого, сильного, блестящего, отважного? Какой мужчина не любил бы такого сына?

Как вообще можно не любить этого человека?

Как можно его бросить?

Все эти мысли вихрем проносились у нее в голове, и вдруг она поняла. Она его любит. Каким-то образом она влюбилась в этого мужчину. И что ей теперь делать?

Она шагнула к нему, протянула руку, желая открыть правду. Желая его любить.

– Дьявол.

Услышав ее шепот, он замотал головой и отступил назад, отказываясь от ее прикосновений, и голос его звучал бесчувственно."

"– Он за мной не пришел. И никому в городе не нужен был незаконнорожденный изгой, так что меня отправили в приют. У меня не было имени, и меня назвали Девон Калм – в честь графства, в котором я родился, и реки, где утонула моя мать.

Она снова потянулась к нему, но он снова отодвинулся.

– Твой отец… должно быть, он не знал… письмо его не нашло… он бы никогда тебя не оставил.

– Однажды из вас получится чудесная мать, – сказал он. – Я уже как-то говорил вам это, но хочу, чтобы вы знали – я верю в это. Наступит время, когда у вас будут красивые дочери с рыжевато-каштановыми волосами, Фелисити, и я хочу, чтобы вы запомнили – из вас получится замечательная мать.

Ее глаза обожгло слезами – от обращения к тем детям, которых она не хочет, если они не будут общими с мужчиной, которого она любит. С этим мужчиной, которого она любит.

– Вы хотели правды, Фелисити Фэрклот, так вот она. Я настолько ниже вас, что пачкаю вас даже своими мыслями.

Она вздернула подбородок.