Софья. Другой Мир 3

Люди принялись перешептываться, с явной злостью поглядывая на Рязанова. То и дело звучали возгласы, что Потемкин вовсе не жуткий нелюдь, и его обвинили огульно. Склонившись к Разумовскому, судьи по очереди о чем-то князю тихонько говорили.

Меж тем лучший судебный юрист Южного княжества Андрей Дмитриевич Рязанов, не реагируя на злобный шепот Тамары Прокофьевны, поразительно хладнокровно ждал реакции судей. Абсолютно все происходящее он спланировал, а его амбициозный молодой коллега с радостью проглотил наживку.

Конечно же, у стороны обвинения не имелось ни единого доказательства вины Потемкина в покушении на преступление. Да вот только оно и не требовалось. Весь судебный процесс был создан с одной-единственной целью и исключительно в интересах боярыни Изотовой. Произошедшее в администрации послужило лишь отличным поводом для привлечения внимания прессы и жителей княжества. С минуты на минуту наступит кульминационный момент, ради которого все затевалось."

"— Тихо! — прогремел грозный голос судьи, ведущего процесс. В зале постепенно стихло. Внезапно прежде неактивный артефакт засветился приятным желтым светом. — Напоминаю сторонам: согласно регламенту княжеского суда сейчас должны быть заданы вопросы потерпевшей, обвиняемому и свидетелям. Представитель потерпевшей, вы уверены, что суду стоит терять время, опрашивать вашего свидетеля и клиентку? — сухо поинтересовался судья.

Неторопливо встав, Андрей Дмитриевич сдержанно произнес:

— Уважаемый суд, сторона защиты, хочу обратить ваше внимание на обвинение, предъявленное Потемкину, — взяв лист бумаги со своего стола, юрист громко прочитал: — На рассмотрение княжеского суда поступило дело в отношении дворянина Егора Николаевича Потемкина, обвиняемого в применении магии разума с целью получения собственной выгоды.

— Мы это прекрасно помним. К чему вы клоните? — с долей раздражения пробурчал один из судей. Неодобрительно поморщившись, второй судья быстро глянул на светлейшего князя, но тот по-прежнему бесстрастно смотрел на опытного юриста.

— Я говорю о том, что заявленное обвинение не утверждает, будто потерпевший по делу один, — мгновенно раздался слаженный гул удивленных и ничего не понимающих людей, а Андрей Дмитриевич продолжил зубодробительным, малопонятным юридическим языком: — Согласно действующим нормам права Российской империи, в ходе рассмотрения княжеским судом дела по обвинению в тяжком преступлении сторона обвинения имеет право делать заявления о рассмотрении требований иных лиц, пострадавших от таких же деяний. В связи с этим прошу суд выслушать показания еще одного лица, пострадавшего от преступных действий Потемкина.