Спасения нет
Относительно утопическая жизнь на Земле двадцать третьего века готова пойти наперекосяк, когда внезапно выясняется, что кажущаяся безобидной инопланетная раса является одной из худших угроз, с которыми когда–либо сталкивалось человечество. Движимые сильным религиозным экстремизмом оликсы полны решимости привести всех разумных к собственной версии Бога. Но они, возможно, встретили равного себе противника в человечестве, которое не собирается мягко подчиниться или провести остаток дней, спрятавшись в укрытии. Человеческая изобретательность и непреклонность принимают вызов, и у людей есть только одна цель — стереть, казалось бы, непобедимого врага с лица земли. Даже если для этого придется играть в по–настоящему долгую игру. Но в хаотичной вселенной трудно планировать все возможные события, а перед рассветом ночь темнее всего.
— Власти обязаны предупредить насчет К-клеток.
— Власти пытаются не допустить массовой истерики.
— Но, если люди начнут превращаться в коконы, все и так скоро выйдет наружу.
— Да, но власти хотят избежать паники.
— Если оставить людей в неведении, они получат кое–что гораздо хуже паники. Правительство держится на доверии. Где нет доверия, там анархия.
— Ты же вроде бы не доверял правительству.
— Идее управления я доверяю. Людям, которые управляют в данный момент? Гораздо меньше. Но ничего другого у нас нет.
— Верно. Ты понимаешь, что прямо сейчас тот же вопрос обсуждается теми, от кого это зависит?
— Очень на это надеюсь.
— Нет.
— Что?
— Яйца не готовы. Их надо дольше взбивать. Чем дольше взбиваешь, тем больше замешиваешь в них воздуха, и омлет получается легче. Никто не любит плоских омлетов.
— С каких это пор ты разбираешься в кулинарии?
— Курс «Кухня для гурманов». Три года назад. Господи, как это было скучно — зато полезно.
— Тогда ладно, — вздохнул он и принялся взбивать дальше.
— Не перестарайся. Мне нужен омлет, а не меренги.
— Черт побери.
Она макнула палец в кастрюлю и со вкусом облизала.
— Теперь хватит.
— Только не говори, что курс для гурманов учил макать пальцы…
Она готова была дразнить его и дальше, но тут загорелась иконка Луи.
— Милый, где ты? С тобой все хорошо?
— Прекрасно, мама. Не волнуйся.
— Хорошо, тогда скажи, где ты.
— Где и был, с боссом, в одном из самых безопасных на планете мест.
— Хорошо. Это хорошо, милый. Только ты береги себя, ладно?
— Ради бога, мам!
— Ладно–ладно. Твой отец со мной.
— О… хорошо.
— Что с Нашуа?
— Дело движется. Прежде всего ее хотят открыть для старших членов семьи, это через пару дней. Вы будьте наготове. Межзвездные хабы большей частью закрыты, так что мы разрабатываем доступный маршрут.
— А ты? Ты когда уходишь?
— За меня не беспокойся. Я буду там. Сейчас помогаю с эвакуацией хабитатов системы Сол. Пытаемся вывести людей до подхода кораблей Избавления. Терраформированные миры отбрыкиваются от некоторых культур.
— Что их не устраивает? Раса?
— Не столько раса, хотя и она играет роль.
— Ты никудышный политик, Луи. Отвечай на вопрос. Когда ты будешь на Нашуа?
— Мама, я действительно не знаю, понимаешь? У меня здесь важнейшая работа.
















