Спасения нет
Относительно утопическая жизнь на Земле двадцать третьего века готова пойти наперекосяк, когда внезапно выясняется, что кажущаяся безобидной инопланетная раса является одной из худших угроз, с которыми когда–либо сталкивалось человечество. Движимые сильным религиозным экстремизмом оликсы полны решимости привести всех разумных к собственной версии Бога. Но они, возможно, встретили равного себе противника в человечестве, которое не собирается мягко подчиниться или провести остаток дней, спрятавшись в укрытии. Человеческая изобретательность и непреклонность принимают вызов, и у людей есть только одна цель — стереть, казалось бы, непобедимого врага с лица земли. Даже если для этого придется играть в по–настоящему долгую игру. Но в хаотичной вселенной трудно планировать все возможные события, а перед рассветом ночь темнее всего.
Фокусирующие камеры у них были одноразовыми, мощный луч мгновенно уничтожал устройства. Но перед смертью они преобразовали пятьдесят тысяч мегаватт в ультражесткое гамма–излучение, узким потоком направленное в сердце вражеского корабля. Прицел предназначался для захвата объектов, движущихся с колоссальной скоростью относительно земной поверхности, а корабли Избавления сами подстроились к орбитальной, что позволило удержать прицел целую четверть секунды — до гибели лазеров. На результат стоило полюбоваться. Четыре Избавителя взорвались, из огромных дыр в корпусе пятого вылетали оплавленные обломки и бил ионизированный газ. Остальные три просто умерли на орбите, медлительное вращение десятки лет спустя должно было привести их в верхние слои атмосферы, затормозить и уничтожить.
Стая в десяток кораблей Избавления взяла разгон в сторону бойни, их темные корпуса по ходу ускорения приобрели идеальный серебряный блеск. На сей раз они зашли снизу, коснувшись перед сближением тысячекилометровой отметки высоты. С нижней части платформы защищали только орудия ближней обороны. К их днищам рванулись двадцать торпед. Мегатонные боеголовки в гармоничном выбросе создали вокруг платформ сверкающие розетки из пересекающихся плазменных сфер. Им в ответ полыхнула земная термосфера, в редком слое газа прошла ослепительная рябь ста километров в диаметре. Океан под ней отразил актиничный свет, обратив воздух в бледное подобие солнечной фотосферы.
Энергетические лучи, ударив от кораблей Избавления, с чрезвычайной точностью пронзили энергетические вихри. Вторая волна торпед с ядерными боеголовками взорвалась всего в тридцати километрах от платформ. Щиты выдержали считаные секунды и отказали. Над океаном взбурлила терзаемая излучением атмосфера. Всплески перегретого воздуха сливались в смертоносные воронки циклонов, разгоняя бури, каких еще не знала планета.
Сквозь этот страшный шторм опускался длинный ряд кораблей Избавления.
Первым стал Перт. Город — чистый самоцвет на австралийском побережье — был защищен восемью перекрывающимися овальными щитами, протянувшимися на семьдесят километров от края до края и на сорок в высоту. Высокий прибой уже бил по береговому краю щита, когда семь кораблей Избавления на сверхзвуковой скорости скользнули по израненному небу, на кривой сбрасывая скорость и выкидывая звуковые бомбы, не услышанные горожанами под щитом. Большие обтекаемые воздушные аппараты, прокружив над городом, приземлились в километре от границы щита, а один — на острове Роттнест. Каждый из них направил энергетические лучи в купола щитов.
Земляне, следившие за происходящим по новостям, дружно затаили дыхание.
















