Стану ему женой. Ребенок от монстра

Рядом раздался лай. Когда был на позиции, не пересчитал собак в прицеле «винтореза», но было больше трех. Андрей рывком наклонился, чтобы подобрать оружие: в автоматическом режиме полной обоймы хватит на очередь, когда на него прыгнула третья овчарка.

Обдала тяжелым дыханием, выщерив зубы — метила в горло, но он успел закрыться. Зубы сомкнулись на плече, и она энергично замотала головой, принуждая бросить оружие. С другой стороны налетела вторая и вцепилась в бедро. Вдвоем повалили его на землю. Без пальто, ночь осенняя, холодная, но он в пылу драки не замечал холода. Поволокли по подмерзшей земле.

Плечо разорвало болью, Андрей попытался оттолкнуть одну из собак ногой, но с двумя справиться не смог.

— Сидеть, — скомандовал голос.

Псы, роняя слюни, сели, внимательно следя за движениями. Харкали на выдохе, не успокоившись.

К нему вышел мужчина в костюме и пальто, с двумя поводками в руках. За ним еще один, профессионально держа на прицеле. От луча фонарика Андрей зажмурился, так по глазам резануло. Короткий взмах ногой и «винторез» отлетел в сторону. Андрей застыл в одном положении, чтобы псы не бросились снова, и настороженно следил за «гостями».

Плечо и бедро горели — особенно плечо. Рубашка намокла от крови. И место еще такое — чувствительное. С прокушенной мышцей реакция не та, она уже задрожала. Ни оружие поднять, ничего — практически инвалид. После драки он резко ощутил холод, проникший под тонкую рубашку.

Незнакомец опрокинул его ногой, и прижал, рассматривая. Андрей ничего не видел — все засвечено ярким, белым светом фонаря.

— Ремисов, — нейтрально заметил мужчина. — Я его узнал. Позвоните хозяину.

Ногу с него так и не убрали.

Андрей сглотнул.

Вокруг лес и тихо. Захотят — уберут прямо здесь. Он прислушался, пытаясь понять, что происходит за пределами поляны, но слышал только собачье дыхание над головой. Спина немела от холода.

Что там Исаев? Живой или нет?

— Собачку мою убил, — добавил здоровяк с поводками и сплюнул рядом с его головой. — В этой собачке больше человечности, чем в тебе, мразь, было.

Тон настораживал.

Он нажил себе личного врага, застрелив одну овчарку и заколов вторую. Впрочем, одна еще подавала признаки жизни. Слышно, как периодически скулит.

На голову набросили мешок сзади.

От неожиданности Андрей вздрогнул. Яркий луч фонаря просвечивал ткань насквозь.

— Вставай, прокатимся.

Его подняли за шиворот, на запястья набросили пластиковую стяжку, стянули. Прокушенное плечо заныло, стоять было трудно. И как пройти путь до машины с мешком на голове, в лесу? Пока он ориентировался, но стоит двинуться — потеряется. С мешком на голове не побегаешь.

— Охраняй, — скомандовали собакам.

Его повели через лес.

Андрей прислушивался, шагая на ощупь. По ощущениям шли к дороге.