Стану ему женой. Ребенок от монстра

Не оставляй мне выбора…

Андрей не был грубым. Но своей лаской мог продавить что угодно, когда угодно. Поэтому, когда он сбросил пиджак и подхватил мою ногу под колено, раскрывая меня себе навстречу, я не стала говорить «нет».

Запрокинула голову, затылком упираясь в стену, и забросила руки ему на шею.

Просто не оставляй…

Глава 15

— Я люблю тебя, — прошептала я, когда он силой заставил меня опустить голову.

Прошептала прямо в губы перед поцелуем.

Андрей притянул меня за бедра, устроив ногу у себя на поясе. Широко раздвинул колени и пристроился между ними. Мы целовались взасос, когда он расстегнул ширинку и ремень.

Он скучал.

Тоска по мне ощущалась в каждом движении, в том, как прижимал меня к стене и поцелуями покрывал беззащитно открытую шею. Щекотно трогал языком соски.

Если сначала я хотела, чтобы он трахнул меня, чтобы ощутить единение, то теперь под кожу вползала страсть. Делала меня влажной и дикой… Каждое прикосновение было как прикосновение не рук, языка или губ, а холодного лезвия.

Мы думали, что никогда не встретимся.

Больше никогда.

И когда это все-таки произошло — вот так, сейчас, я в нем растворялась. Извивалась от наслаждения, которое было сильнее в несколько раз, чем обычно. Удовольствие на грани электрического разряда, когда ощущения настолько острые, что становится больно.

Он проник в меня, в очередной раз прижавшись бедрами. Я застонала, не сдержалась и вскрикнула.

Они всё услышат… Стенки картонные.

Услышат, что их «советник по безопасности» занимается со мной любовью, выбросив шмотки за дверь. Но я подумаю об этом, когда буду выходить.

А сейчас я отвечала ему — как он и хотел, сосредоточившись на плавных, ритмичных толчках.

Он занимался любовью молча, открыв рот и опустив голову, словно прятал лицо. В полутьме я не видела выражения лица.

Я стонала, ерзала у стены, когда мне хотелось отдаться ему еще глубже, запустив ногти в шею. Но что бы ни делала — этого будет мало, чтобы выразить наши чувства. Слишком мало.

Андрей уткнулся мне в ухо.

Влажное дыхание сменилось шепотом. Тем шепотом из снов и грез, только наяву. И снова я не разбирала, что он говорит.

Шепот погрузил в нирвану. Я больше не могла сосредоточиться на движениях, полностью отдалась в его власть, наслаждаясь то плавными, то рваными и сильными толчками, пока движения бедер не стали такими резкими, что я заорала от удовольствия.

Он кончил, прикусив кожу на шее.

Прижавшись телами, сплетя руки, как в странном танце, мы приходили в себя. После секса он тяжело дышал, уткнувшись губами в ключицу.

Я гладила потную шею и нежно, словно он хрупкий, целовала висок. Я видела, что с ним делали, он точно не хрупкий, но целовала его как ребенка.