Страсть дракона

Я не протестовала, когда она подкрасила мне глаза и губы, пользуясь специальными красками для лица, которые прислал ей брат из столицы. Не спорила когда она завила концы моих волос на горячий прут, но когда служанки принесли рубашку, в которой я должна была изображать красавицу, покорившую царя одним взглядом, я решительно воспротивилась.

- Не надену это! - шептала я испуганно, пока Брюна дергала меня за рукав, требуя, чтобы я переоделась. - Она же... она же почти прозрачная!..

- Что ты придумываешь?! - возмутилась дочь дракона. - Она прозрачная, только если смотреть на просвет. А светильники будут стоять перед сценой. Ты хочешь, чтобы Бат-Шеба была в рубище, что ли?

- Я надену полотняную рубашку.

- Точно! - съязвила она. - И царь, посмотрев на нищенку, тут же ею плениться. А эта - она вся в оборках, воздушная. Она из самого тонкого шелка, потрогай, какая нежная, - и она заставила меня прикоснуться к воздушной, почти невесомой ткани. - Не будь такой скромницей, Мелхола! Я же не заставляю тебя представлять голой!

- Еще бы, - пробормотала я.

Брюна умела уговаривать, и я, скрепя сердце, надела то, что она приготовила, закутавшись в халат и утешая себя, что рубашка и в самом деле больше походит на облако, если смотреть не против света, и скроет меня лучше, чем платье.

Наконец, все приготовления были закончены, служанки зажгли светильники, а актеры встали за камином, дожидаясь своего выхода.

Мы репетировали каждый вечер, но сейчас все выглядело по-другому - потому что обычно колодец нам заменяли скамейки, а лес - напольные вазы. Теперь же, благодаря фантазии и стараниям Брюны, за бархатным занавесом располагался целый мир - не хватало только верблюдов. Но Брюна не поверила, что такие животные существуют, когда я нарисовала ей коня, на спине которого красовался огромный горб.

Я слышала голоса - в зале переговаривались слуги, прийти позволили всем, и все с нетерпением ожидали необыкновенного развлечения, которым не брезговал и сам драконий король Рихард.

Самыми последними пришли члены драконьего семейства. Вот раздался смех Ундисы, а потом - ворчание леди Фредегонды, которая требовала, чтобы ее кресло поставили по центру, потому что она слаба глазами, а хочет рассмотреть все в подробностях.

Управляющий Ульпин тут же рассыпался перед матерью дракона в любезностях, приказав передвинуть кресло, а потом чуть приподнялся занавес, и брат Ундисы проскользнул за камин, встав рядом со мной.

- Леди Брюна умеет переполошить всех, - заговорщицки прошептал он мне на ухо, придвинувшись чуть ближе, чем того требовали приличия.

Он и в самом деле был красив, как древний царь - в рубашке до пола, в расшитом золотом халате, в тюрбане, украшенном птичьим пером.