Строптивица и нахал

Что делать дальше? Как поступить?

Подавив в себе щенячий восторг, тихо поднявшись, направился к двери. Если на кучу вопросов, вертевшихся в голове, и не находил ответов, то четко осознавал: убью любого, кто ее обидит.

Глава 20

Соня

Лучи восходящего солнца сквозь не зашторенное окно ласкали лицо. Яркий солнечный свет заставлял морщиться и жмурить глаза. Все бы хорошо, но просыпаться не хотелось, как и вставать и задвигать штору.

«Нет, не встану!» – подумала я, отворачиваясь от окна, и накрылась с головой тонким одеялом. Сладкая дремота вновь стала затягивать в свои объятия.

Состояние на фоне сна и яви: я словно плавала на волнах сонной ленивой расслабленности.

Звуки, что не должны были врываться в мое сознание, отвлекали, не давая возможности провалиться в сон. Отмахнуться от шорохов не получалось.

Странно, родители в это время уже находятся в ресторане. Тогда откуда эти шаги? Может, мама осталась дома, чтобы оплатить счета? Вот как только проснусь, спрошу.

Стоп. Мама так не ходит. Шестое чувство проснулось или включился разум, не знаю, но я поняла, что в доме посторонний.

Испугалась, напряглась. Мозг лихорадочно заработал. Подскочив на кровати, решила под ней спрятаться, не успела. Мой рот зажала крепкая сильная рука, не позволяя ни вдохнуть, ни выдохнуть. Укусить ладонь не получилось, а я так надеялась на свои голосовые связки. Слово «пожар» уже крутилось на языке. Я надеялась, что все соседи сбегутся на мой сигнал sos и примутся спасать молодую девушку, еще толком не видевшую жизнь.

Я такого дикого страха… Да какого страха, ужаса, в жизни не испытывала. Воздуха в легких не хватало. Я лихорадочно пыталась втянуть живительного глотка, и тут захват немного ослаб, что позволило наполнить легкие кислородом.

Не задумываясь о последствиях, чисто рефлекторно вцепилась зубами: грабителю, убийце или насильнику, не знаю, кто он там, в ладонь. Успела отметить, что рука чистая, ногти ухоженные, пальцы длинные и красивые.

«Никакой заразы подцепить не должна» – мысленно успокоила своего внутреннего гигиениста.

Прикусила ладонь мужчины со всей силы, мне даже показалось, что зубы смогла соединить, но он руку не убрал. Застонал от боли, выругался вслух и прижал спиной к себе.

Пусть теперь делает прививки от бешенства!

Что-то голос мне показалось знакомым. Это невозможно: от страха и не такое почудится. Нет среди моих знакомых преступников! Я начала паниковать, очень паниковать. Что ему надо?! Хорошо, что в такой момент я не разревелась. Только испугалась.

– Не вздумай кричать, – шикнули мне на ухо. – Ты сама виновата! – не повышая голоса, продолжал он.

Голос я узнала – и на смену страху пришло другое чувство – злость.