Строптивица и нахал

– С чего ты взяла? Думаешь, Тимур богат?

– Нет? – удивилась она.

Тут и понятно, я никому, даже ей, в деталях не рассказывала о позоре пятилетней давности. И что отец буквально заставил Тимура дать обещание, что тот на мне женится.

– Нет! Он работал у отца начальником безопасности.

– Ну, тоже не бедный, наверное. Зарплата у них ого-го.

– Сейчас у него свое охранное агентство, – как-то нехотя призналась я, словно стыдилась этого. – Отец рассказывал, – поспешила оправдаться, – Но о его доходах не знаю и знать не желаю.

Папа чуть ли не дифирамбы ему поет. Гордится так, словно он его родной сын.

Ведь уволившись сразу после той ночи, он смог самостоятельно встать на ноги, открыть свое дело и преуспеть в нем. Желаю ему удачи!

Но не хочу… Не хочу с ним пересекаться! Я пытаюсь вычеркнуть из памяти тот день. Никогда больше не возвращаться к тем воспоминаниям, идти своей дорогой в этой жизни, а не с нагловатым красавцем, когда-то покорившим невинное девичье сердце.

– Ну, и ладно. Но с Антуаном-то ты можешь поговорить? Он до сих пор не в курсе, что ты возвращаешься домой?

– Да как-то не до разговоров было, – слукавила, опуская глаза.

Сама не понимала, почему молчу, не говорю ему об этом. Будто расскажу – и единственный защитный барьер падет, ничего уже не спасет от предстоящего брака. Иллюзия развеется. А мне еще хотелось верить, что смогу найти выход, вновь убежать.

– Понятно, – засмеялась подруга, толкнув меня в плечо. – И чем вы это, позвольте узнать, занимались? Ай-ай-ай! – еще сильнее толкнула она в плечо – и я повалилась на кровать от неожиданности.

– Отстань! – схватив за руку, повалила Соню рядом с собой.

Она думает, что у нас с Антуаном все по-взрослому, но это не так.

И не потому, что я себя берегу для Тимура. Нет! До Антуана были Алекс, Марио, Ник, но ни с кем я не могла переступить психологический барьер: легче было расстаться, чем объяснять, почему я отказываюсь от секса. Антуан терпеливо ждал, поэтому мы почти полгода вместе.

Отец и Тимур сыграли немалую роль, в том, что я до сих пор остаюсь девственницей. Папа мне все время ставил в пример маму. Она была во всем идеальной: красивой, воспитанной, порядочной. Никогда не опозорила себя ни словом, ни действием. Знала как себя вести, в отличие от меня.

«Женщина должна беречь свою честь!» – кричал он. Я обязана была помнить, что у меня есть жених, чьё имя просто не имею права вымарать в грязи. Ведь этот позор коснется не только Тимура: я запачкаю и опозорю имя своего отца. А в нашем кругу люди любят злословить за спинами.

А Тимур перед самым отлетом сказал фразу, которая так въелась в мое сознание, что ничем вытравить ее не удалось: «В браке тебя ждет целибат, гуляй, пока есть время!». Словно какой-то дешевке бросил он мне эти слова.