Строптивица и нахал

– Милана, мы рожаем, – уверено, спокойным тоном произнесла врач, проводя положенные в данном случае манипуляции.

– Как рожаем? – удивленно подпрыгнула я в кресле.

– Раскрытие семь пальцев, – Ангелина Всеволодовна в очередной раз поразила своим заявлением.

Тревожно забилось сердце в груди.

– Срок еще маленький!

– Справимся, не переживай.

В комнате стал собираться медперсонал.

– Меня муж с дочкой внизу ждут, можно я позвоню?

Надо предупредить, чтобы не ждали. Это же надо! Роды! Вообще ничего не чувствую!

– Милана? – после первого же гудка поднял трубку муж.

– Тимур… Я не смогу спуститься, вы езжайте без меня.

– Что значит, не можешь спуститься? Милана, что происходит? – голос его звучал на октаву выше.

– Я рожаю, – произнесла и мысленно перекрестилась.

«Сейчас начнется!»

– Как рожаешь?! Милана, ты шутишь?!

– Нет. Я абсолютно серьезна.

– Не смей! Слышишь, не смей! Тебе еще семь недель носить ребенка! Там, что, врачей нет? Пусть сделают что-нибудь!

Вставить слова не удавалось. Алиса начала нервничать, и Тимуру пришлось разрываться: успокаивать дочь и запрещать мне рожать.

– Дай трубку врачу?

– Зачем?

Самое удивительное, никто мне не мешал вести переговоры с мужем.

– Мне есть, что им сказать! Пусть остановят роды!

– Каким образом, Тимур?

– Милана, – обратилась ко мне Ангелина Всеволодовна, – сейчас я скажу – и ты изо всех сил тужишься, поняла?

Согласно кивнула. Хотя, как это делать без схваток, не представляла.

– Ты меня слышишь?

– Слышу-слышу.

Напомнила эта фраза зайца из «Ну, погоди!», и я улыбнулась.

– Милана, давай! – отдала приказ врач.

Через минуту появилась моя кроха. Такая маленькая…

Ее сразу забрал неонатолог, мое сердце тревожно сжалось.

– Милана, что происходит? – из трубки раздался тревожный голос мужа.

– Я уже родила, – выдохнула я.

Малышка тоже порадовала маму: весила она всего полтора килограмма, но была абсолютно здоровой. Дышала самостоятельно, но находилась сутки под наблюдением врачей.

Ни одни двери не смогли бы остановить Тимура. Как только меня привели в порядок и перевели в палату, он тут же ворвался ко мне. Впервые за эти годы я увидела в глазах Тимура хрустальный блеск непролитых слез.

Пододвинув стул к кровати, он присел рядом.

– Как ты?

– Нормально, – кивнула ему.

Рассказывать о том, что мне после легких родов пришлось пережить чистку, не стала: он и так весь извелся.

– Никогда больше меня так не пугай, – серьезно произнес он.

А мне и ответить нечего. Никакое обещание его не успокоит, нужно отвлечь.

– Ты видел Злату? – сжав его пальцы, я ждала ответа.

– Видел. Злата просто чудо. Алиса осталась знакомством очень недовольна, – добавил он улыбаясь.