Таня Гроттер и молот Перуна

– Танька темная!

– А, ну да! Снова забыл! Лайперусснайперус! – крикнул Клоппик, выпуская красную искру. Искра эта, вопреки ожиданиям, никуда не полетела, а разрослась и принялась пульсировать, медленно затухая.

– Что это еще за снайперус? – с подозрением спросил Тарарах.

– Да так, новенькая одна штучка. Только надо, чтоб Танька чем-нибудь кинула. А вот тарана не надо, – сказал Клоппик.

– ТАНЬКА, БРОСАЙ МЯЧ! БРОСАЙ! – закричал Тарарах да так, что его невозможно было не услышать.

Послушавшись, Таня развернулась у самого купола и метнула мяч. Едва ли она попала бы в цель с такого расстояния, но где-то с полдороги мяч внезапно подхватило, точно к нему пристегнули резинку, и повело четко по курсу. Что-то полыхнуло. Выпустив фигурку, Цирцея упала как подкошенная. Глаза ее вылезли из орбит, из ушей повалил едкий, пахнущий серой дым.

– Плямо в цель! – с гордостью сказал малютка Клоппик.

Цирцея стиснула руку, пытаясь пронзить фигурку когтями. Однако восковая фигурка уже потекла от магического жара и потеряла очертания, а вместе с очертаниями и то сходство, которое подчиняло ей Таню.

– Швайн! – прохрипела Цирцея, дуя на обожженную воском руку. – Ну ничего! Ты все равно не потерять свой страсть к либен Гурий! У моей магий нет обратный путь!

– Отличный удар! – прокомментировал Ягун. – Одна из зрительниц падает под скамью, точно перезрелая груша! Перцовый мяч взорвался, войдя в соприкосновение с ее лбом! Зрительница, с виду почтенная дама, изрыгает ругательства пополам с пламенем. Ой, мамочка моя бабуся, преисподняя отдыхает! Я видел на своем веку многих ведьм, но чтобы они выдыхали ртутные пары, а их волосы полыхали синим огнем!.. Соседи в ужасе отшатываются… Еще бы – драконий заряд перцового мяча эта вам не дрыгус-брыгус! К даме бросаются циклопы, но она дважды проворачивается на месте и телепортируется. Там, где она стояла, теперь лишь обугленная воронка. Ничего себе дела! Я прямо даже и не знаю, что мне думать? Может, кто-нибудь подскажет?

Пока Бессмертник, Тиштря и Графин совещались, что им предпринять, Грызиана Припятская цепко ухватила своего оператора за плечо и развернула его лицом к себе.

– Снимай меня, олух! Если план будет недостаточно крупным, я тебя заморожу! Если слишком крупным – проломлю башку! – пробурчала она и тотчас, почти без перехода, сладким голосом продолжала: – С вами ваша Грызианочка, проклятики! Только что Татьяна Гроттер, десятый номер Тибидохса, снова неприятно удивила своих малочисленных полковников! Разумеется, я хотела сказать «поклонников»! Неправда ли, двусмысленная оговорочка, хе-хе? Воспользовавшись повреждением магического барьера, Гроттер ухлопала одну из зрительниц.