Темная лошадка

Лопат полно…

Времени мне не дали, в сарай вернулся Саша. В глаза как и прежде не смотрел, мазнул взглядом где-то на уровне пояса и сконцентрировался на родимом студне. Поднял на руки и без слов отнес в «кабинет».

— Саш, нам надо поговорить, — весомо заявила я. Парень кивнул, но пошел мне за спину, проверить проволоку на запястьях. — Саш, пока не поздно, пока на вас крови нет…

С тем же успехом я могла бы беседовать с пнем. Саша поднялся на второй этаж, вынес прокопченный, когда-то, скорее всего, зеленый чайник и вышел на улицу.

Обернулся быстро и сразу в «кабинет». Минут через пятнадцать из-за двери донесся окрик: «Пей, я тебе сказал!»

Младший брат приводил старшого в чувство посредством крепкого чая, догадалась я.

И сняла с кудрявой головы голубой бантик младшей сестренки. Бабушки с козами здесь, господа, никак не катят.

— Саш! Нам надо поговорить!

Сказала один раз и долго молча ждала реакции.

Минут через пять Шурик вышел на лестницу:

— Чего тебе?

— Закурить дай. Последнее желание.

Федя курил «Приму», младший братишка на «LD» разорялся. Он прикурил для меня сигарету и вставил в губы.

От первой затяжки закружилась голова. Саша повернулся ко мне спиной и направился к лестнице.

— Подожди! — морщась от сигаретного дыма, лезшего в глаза и зацепив сигарету зубами, крикнула я. — Скажи, зачем тебе это нужно? На кой черт? — с младшим братом я избрала тон закадычной подружки.

Вряд ли тон на него действовал, но отчего-то Александр немного затормозил шаг. Соучастий в убийстве трех человек, подготовка четвертого… это вам не фунт изюма, это тяжесть, с которой четыре ступеньки преодолеть тяжело. — Саша, пока не поздно, надо послать ее подальше. Зачем тебе это все? Пока ты никого не убил… Федьку хоть пожалей, он вообще не при делах. Тела Хорских скоро найдут, их уже ищут в карьерах, выйти на вас дело часов или дней."

"С Хорских и надо было начинать. Упоминание покойных танцоров остановило Александра тут же — он даже ногу на весу задержал.

— Федька проговорился? — спросил, не оборачиваясь, стоя ко мне напряженной спиной.

— Еще тогда, в пятницу, — кивнула я. — Помнишь, он предложил тебе «каблук» к «этим» скинуть? Я услышала и зацепилась. Потом менты мне карту дали, я по ней радиус очертила. В нем есть ваша деревня.

— Рената сказала, что ты ничего не помнишь, — все так же стоя лицом к двери, произнес парень.

— А ты ей верь, много она знает, ваша Рената. Лучше позвони и спроси, — что я делала все воскресенье утром? Я сидела в своей комнате и считала повороты.

— Она сказала, что ты ничего не помнишь, — упрямо повторил он.

— В пятницу, с испуга. А к воскресенью отдохнула и три часа над картой сидела, повороты считала.