Тень прошлого

Меня надули.

Бев сунула палец в петлю на конце нити, и Ричи подтолкнул очки вверх, чтобы лучше видеть, что она будет делать. Она повернула руку ладонью вверх, дункановская йо-йо удобно улеглась в долину плоти, образованную сложенной пригоршней. Бев указательным пальцем скатила йо-йо с ладони. Сцепленные осью диски падали, пока разматывалась нить, а внизу игрушка начала вращаться. Когда же Бев шевельнула пальцами, давая команду «Подъем», игрушка послушно перестала вращаться на месте и, сматывая нить, забралась на ладонь.

– Ни фига себе, ну ты даешь, – изумился Ричи.

– Плевое дело, – ответила Бев. – Смотри сюда. – Она вновь сбросила йо-йо с руки. Позволила немного повращаться, а потом заставила танцевать ловкими движениями пальцев.

– Перестань, – воскликнул Ричи. – Не люблю выпендрежников.

– А как насчет такого? – спросила Бев, нежно улыбнувшись. Она заставила йо-йо мотаться взад-вперед, отчего красная деревянная игрушка напомнила пэдлбол [152], виденный им однажды. Бев закончила представление двумя «Вокруг света» (чуть не зацепив проходившую мимо шаркающую старушку, которая сердито глянула на них).

После чего йо-йо аккуратно улеглась на ладонь Бев, с нитью, намотанной на ось между дисками. Бев отдала игрушку Ричи и вновь села на скамейку. Ричи пристроился рядом, челюсть его отвисла в искреннем восхищении. Бев посмотрела на него, рассмеялась.

– Закрой рот, мухи налетят.

Ричи закрыл, щелкнув зубами.

– А кроме того, в конце мне просто повезло. Впервые в жизни мне удалось дважды подряд исполнить «Вокруг света», ничего не запоров.

Дети проходили мимо них, направляясь в кино, Питер Гордон прошел с Марцией Фэддон.

Им сам бог велел ходить вместе, но Ричи видел причину в другом: они жили рядом на Западном Бродвее и являли собой такую отменную пару идиотов, что не могли существовать без внимания и поддержки друг друга. У Питера Гордона уже полезли угри, хотя ему было только двенадцать. Иногда он тусовался с Бауэрсом, Криссом и Рыгало, но гонять малышню в одиночку ему не хватало духа.

Он посмотрел на сидящих на скамье Ричи и Бев и тут же заголосил:

– Ричи и Беверли сидели на дереве! Тили-тили-тесто, жених и невеста! Сначала любовь, следом свадьба придет…

– …и вот уже Ричи с коляской бредет! – закончила Марция и рассмеялась, будто закаркала.

– Сядь-ка на это, милая. – Бев показала ей палец.

Марция негодующе отвернулась, словно не могла поверить, чтобы кто-то мог позволить себе такое хамство. Гордон обнял ее, обернулся к Ричи, процедил:

– Может, я еще повидаюсь с тобой, очкарик.

– Может, ты повидаешься с поясом своей матери, – ловко ответил Ричи (пусть даже и невпопад). Беверли согнулась пополам от смеха.