Цена его любви

Только вот снова — одна пустота.

Ни хера не нашли, ничего не услышали, не выяснили.

— Влад! — рука Лютого перехватывает мою, летящую в косяк очередного подвала, в котором снова нет ни Регины, ни каких-то, хоть малейших следов или наметок.

— Найдем. Землю на хрен, перероем, а найдем.

— Херня, что время другое, Влад, — к нему присоединяется Морок.

Встает рядом, тяжело опуская руку на мое плечо.

— Херня, брат. Мы, если надо, и правда все кровью зальем. Всех схватим. Этикет, цивилизация, бизнес, — блядь, мы за это держаться не будем, если так карта выпадет. Не будем этикетами баловаться. Поверь, я знаю, что это такое — терять своих. Знаю, брат. Никакой бизнес, никакие бабло и власть этого не стоят. Ничего на хрен ценности не имеет, когда своих теряешь.

— Мы люди в первую очередь, Север, — Тигр опускает руку на второе плечо. — Люди, пусть и за всеми этими костюмами и бабками. И именно того, когда человека своего теряешь, никогда себе не простишь. Я в деле. Я если надо, вторую бойню прямо здесь, в столице устрою.

— Мы не остановимся, брат, — кивает Лютый, откупоривая флягу, передавая мне. — Мы тут на хрен все с землей сравняем. Все потеряем, то Регинку твою найдем. Слово мое.

И мы снова на самом деле ничем не изменились.

В пыли и гари. В запахе пороха горьком.

В оборванных, пусть и запредельно дорогих шмотках.

И знаем, — только собственная сила — одна она лишь в нас и есть.

И как в юности оборванной и лихой, злой, — вот снова по схронам, под пулями ползаем. И хрен знает, как и тогда — выгребем или нет.

Ничего на самом деле почти-то и не изменилось. Дороже только стало. Да масштабнее. А по факту — все тоже самое. Уровень другой, людей больше. Но таких, настоящих, которые рядом и на все с тобой пойдут, до самого конца — таких единицы. Практически и нет.

И только вот это важно. Все остальное — чертова проклятая мишура. Которой хоть и владеешь, да как бы она тебя и не сгубила.

И чем бы не владел, — а все богатство наше, блядь, одно. Люди, которые рядом. И ни хера на самом деле больше.

Только ни хрена эта сила может и не помочь.

Можем все с землей сравнять — и труп Регинкин получить в пакете мусорном.

Тот, кто решился, готовился явно давно и очень старательно. Ему империя нужна, а не развал и война с взрывами и крахом по всей столице.

Шатаюсь, как пьяный, возвращаясь домой. Еще затемно.

Где эта сука? Из каких углов следит, за нами смотрит?

Да и я хорош.

Девочку свою тоже напоказ выставил. Нельзя было иначе. Тогда — нельзя.

Но урод тот, что Регину выкрал, ее хорошо рассмотрел. Прекрасно заметил.

Я ведь и для него тем, что с ней все это время рядом, что у себя поселил — тоже будто на блюдце поднес.

И вроде под охраной. Надежнее некуда.

И в доме собственном моем, куда не пробраться.

А все равно, Даша сейчас — чистая мишень.