Цыпленок Лисы Патрикеевны

– Нужен расширенный список с указанием профессий матери, отца, бабушек, дедов. Если увидишь, что роженица – певица, супруг у нее – художник, дед – писатель, а бабушка виртуозно играет на скрипке, то, возможно, вот она – настоящая семья Ильи.

– М-м-м, – протянула Алевтина. – А если еще выяснится, что их сын и внук еще в детском саду давал одногруппникам свою лопатку, требуя за ее использование конфетку в качестве оплаты… то вот вам сын бизнесмена Романа!

– Милые дамы, – засмеялся Эди, – генетика кажется неофитам простой штукой. Если блондинка вышла замуж за блондина, то у них непременно родятся белокурые голубоглазые детеныши. Ан нет! Кто-то может явиться на свет брюнетом. У балерины и композитора не всегда получается премьер Большого театра или Владимир Федосеев[2]. Полно примеров, когда природа отдыхает на детях гениев.

– Танина версия не лишена смысла, – возразил Коробков. – Но и вы правы – наличие хватки бизнесмена у мальчика из среды художников не является доказательством, что он сын Романа.

Глава двенадцатая

– Танечка, знакомьтесь! – слишком весело и радостно произнесла Варвара, вводя меня в огромную гостиную. – Собрала всех наших. Татьяну Николаевну, маму Романа, и его отца, Андрея Степановича, уже видели.

– Добрый день, – улыбнулась я.

– По мне, так он ужасен! Совсем недобр! – объявила дама, вся обвешанная драгоценностями.

– И с Луизой, сестрой Андрея Степановича, вы уже виделись, – еще старательнее улыбнулась Варвара.

– Выпустила ребенка из рук, получила байстрюка чужого и веселится, – прошипела Луиза. – А мы, дурни тупоголовые, обожали подзаборного щенка!"

"Послышался тихий скрип.

– Илья дома? – напряглась я. – Умный мальчик, наверное, понял, что, раз созвали большой совет родственников, что-то случилось, и подслушивает из коридора.

– Илья сегодня вернется не раньше девяти вечера, – успокоила меня Татьяна Николаевна, – после уроков у него занятия в художественной школе.

Крупная шатенка, которая сидела у окна, помахала рукой.

– Я Настя Белова, главврач и владелица клиники, где рожала Варя. Первая узнала о подмене мальчика.

– Да, – прошептала жена Романа. – Вышла на улицу, держу в руках листок с результатами анализа… Ноги подламываются, горло – как ремнем перетянули. Задыхаюсь. И тут Настюша звонит с вопросом: «Ну как?»

– Ох уж эти женщины, – громко сказал Андрей Степанович. – Вот чего истерику устроили? Одна сопли льет беспрестанно, другая всю ночь сердечные капли пила. Ну-ка отвечайте, чем вас Илья не устраивает? Он двоечник, дурак, грубиян?

Татьяна Николаевна замахала руками.

– Ой, замолчи! Чудесный ребенок, отличник, рисует потрясающие картины. Недавно написал сказку, проиллюстрировал ее! Ласковый, добрый, нежный. Лучший на свете мальчик.