Тысяча поцелуев

Но как приятно хоть с кем-нибудь поделиться, пусть даже с кузиной, что ей предстоит ужасный вечер.

– Нянькой Хью… о боже!

– Только попробуй засмейся! – угрожающе прошипела Сара.

– И не собиралась, – явно солгала Айрис.

– Хонория настояла: считает, что без няньки это великовозрастное дитя будет неловко себя чувствовать.

– И на роль няньки она выбрала тебя?

Айрис с сомнением оглядела кузину, и выражение ее лица выводило из равновесия. Было что-то в ее глазах, водянистых, светло-голубых, с неестественно тонкими, почти невидимыми ресницами, отчего Сара совсем стушевалась.

– Ну, не совсем так…

Не такими словами. И Хонория отрицала, что это так, но куда лучше изображать себя жертвой.

На собраниях, подобных этому, было принято на что-то жаловаться. Вроде тех мальчишек из Кембриджа, которых она встретила прошлой весной. Они казались счастливыми лишь тогда, когда могли сетовать на то количество работы, которую приходится выполнять.

– Но что она хочет от тебя? – допытывалась Айрис.

– О, многого. Я должна сидеть с ним за свадебным завтраком, а также развлекать перед ужином, потому что Артур заболел."

"– Ну хоть одна хорошая новость, – пробормотала Айрис, на что Сара согласно кивнула. – Он уже здесь?

– Нет, слава богу… пока.

– Не обольщайся, – остерегла кузина. – Он непременно спустится вниз. Если Хонория попросила тебя присмотреть за ним перед ужином, наверняка специально подойдет к нему и пригласит.

Сара в ужасе уставилась на Айрис: Хонория поклялась, что не станет заниматься сводничеством…

– Но не думаешь же ты…

– Нет-нет, – фыркнула Айрис, – она не посмеет разыгрывать сваху, во всяком случае с тобой.

У Сары чесался язык спросить, что она подразумевает под сказанным, но прежде чем она успела издать хоть звук, Айрис добавила:

– Ты знаешь Хонорию. Она любит, чтобы все было идеально. Если хочет, чтобы ты присмотрела за лордом Хью, значит, сделает все, чтобы он был здесь и нуждался в присмотре.

Сара обдумала заявление кузины и, снова согласно кивнув, провозгласила:

– Ну, эти два дня, конечно, будут ужасны, но я сделаю все, что обещала Хонории, потому что всегда выполняю свои обязательства.

Айрис едва не поперхнулась:

– Ты?!

– Что ты хочешь этим сказать? – возмутилась Сара.

– О, не смеши меня, – презрительно фыркнула кузина – так можно вести себя только в разговоре с ближайшими родственниками, зная, что тебе все простят и не станут обижаться.

Сару ее тон оскорбил:

– Прошу прощения?

Но если Айрис и заметила, что расстроила Сару, то не обратила на это внимания. Или ей было все равно.

– Не помнишь прошлый апрель? – подсказала Айрис. – Четырнадцатое апреля, если быть точной.

Музыкальный вечер, от участия в котором Сара отказалась в день выступления.

– Я была больна! И не могла играть.