Ученица чародея

Я же думала лишь о том, как сбежать от графини. Сейчас или позже? Уйду ли я далеко по ночному Парижу в таком наряде? Поможет ли мне алхимик или снова увильнет от ответа? Как рассказать о предстоящей встрече мадам Тэйра? Почему-то казалось, ей важно это знать.

Волнение зашкаливало, каркас парика давил на виски, корсет сжимал ребра все сильнее, духота в салоне, пропитанном запахами духов и пота, становилась невыносимой. Голова закружилась. И, когда граф Салтыков сказал с полной серьезностью:

– Через год скончается король Испании, и грядет большая война…

Я потеряла сознание.

* * *Меня привели в чувство, и графиня заторопилась домой. В карете она молчала, и это не предвещало ничего хорошего. Однако едва мы переступили порог моей комнаты, мадам де Клермон набросилась на меня:

– Итак, Абели Мадлен, как ты посмела подвести меня?! Надо было постричь тебя в монахини, как советовала аббатиса.

– Но, мадам… – опешила я, борясь с тошнотой и слабостью.

– Как посмела ты, маленькая дрянь, огрызаться? А за мужчинами бегать в открытую? Такая же, как мать, да простит меня Господь… Нет, надо было послушать аббатису. И потом, где ты украла этот камень? – графиня сунула мне под нос огромный рубин с черной сердцевиной.

Я покрылась холодным потом:

– Отдайте! Этот рубин принадлежал моей прабабушке. Она дала его мне…

– Вздор! Даже с изъяном этот камень – целое состояние! В своей нищете ты бы его уже давно продала, голубушка! Не говоря о твоей прабабке, – прошипела мадам де Клермон. – Повторяю вопрос: у кого ты украла этот камень?

– Он мой, – я гордо вздернула подбородок: – Отдайте камень, мадам, и я навсегда покину ваш дом.

– Да, конечно, нагребла сундуки подарков и можно уходить? – ехидно скривилась графиня.

Сардина сушёная! Вскипая, в последнее мгновение я успела вспомнить, к чему приводил мой гнев. Нет, надо держать себя в руках. Мадам Тэйра просила: никакой магии. Осталось совсем немного. Скоро все кончится.

– Я не возьму ничего. Только переоденусь в платье, в котором пришла. И заберу свой камень, – холодно проговорила я и протянула ладонь.

При этом ненависть, видимо, так жарко полыхнула в моих глазах, что старая графиня подобрала юбки и с неожиданной прытью выскочила за дверь. Хлопнула, и ключ провернулся в замке.

– Воровка! – завопила мадам, чувствуя себя в безопасности. – Лицемерка неблагодарная! Ну погоди, мы еще займемся спасением твоей души!

Я бросилась к двери и затарабанила по ней:

– Вы не имеете права! Выпустите меня сейчас же и верните камень!

– Об этом не может быть и речи, – неожиданно спокойно ответила графиня. В ее голосе послышалось дьявольское удовлетворение: – Ты вверила свою судьбу мне. Этот крест я буду нести до конца. Завтра во всем сознаешься, и я решу, как тебе искупить вину.