Ученица чародея

Я наполнилась жаром и, выбросив вперед руки, ощутила, как с режущей болью вскрылись мои ладони. Из них тоже вырвался раскаленный поток. У меня не осталось ни единой мысли. В воздухе пахло гарью и грозой. Меня потянуло мощным потоком к эшафоту. Возможно, я летела, не знаю. Я уже не понимала, есть ли у меня тело, есть ли одежда, есть ли я сама, потому что вся стала огнем и светом. Сеть растаяла полностью, белый дым опять околдовал стражников. Не в силах сдерживать бьющую в него лаву, чернокнижник попятился и упал на доски.

Окруженная огненным щитом, я беспрепятственно взбежала по лестнице и только сейчас почувствовала бьющие по щекам капли дождя. Но каким бы сильным ни был ливень, он не смыл белый дым – выпучив глаза, палач оцепенел с занесенным молотом над распятым на колесе Этьеном. Любимый тоже застыл, зажмурившись, с выражением нескончаемого ужаса на лице.

– Ненавижу тебя, стерва! – кинулся душить меня колдун, но тотчас шарахнулся от огня, потрескивающего по краю моего защитного облака.

– Я бы убила вас, но слишком много чести, – процедила я. – Пусть этим занимаются вами же нанятые палачи! Вы не терпите предательство оттого, что сами предаете и готовы предать. Собственный порок в других всегда раздражает до коликов. Надеюсь, у вас случится от ненависти заворот кишок!

Бросив взгляд на площадь, я увидела, что вымокшая до нитки Клементина торопилась ко мне, переступая через застывшие тела недавних зевак. Небо было темным, и дождь… Какой-то странный дождь. Потревоженная чернокнижником Сена издавала гудящий шум. Я выхватила из-за пояса нож, и принялась перерезать веревки на руках и ногах Этьена. Провела над любимым огненной рукой, снимая окоченение.

– Абели? – слабым голосом удивился он, приходя в себя.

– Да, любимый, пойдем отсюда. Найдем занятие получше этого чертового колеса, – я подставила Этьену плечо, помогая встать на ноги.

И тут чернокнижник расхохотался безумным смехом. Подняв глаза, я оторопела. Из Сены громадными комьями вздыбился чернильный мрак. Сверкнули плотоядно красные зрачки, и водный демон, сгущаясь, обрел форму ящера. Грузная туша цвета болотной грязи вылезла на берег и направилась к нам, подминая по себя пушки.

– Что, предатели, думали жить долго и счастливо? Не выйдет! – тихо сказал чернокнижник.

Я сглотнула. Мое тело уже дрожало от переизбытка жара. Но я была полна решимости. Сгорю, но не подпущу к Этьену демона.

– Ну все, вы меня взбесили! Подпалю вашу лягушку, – рявкнула я лекарю, – а потом и вас!

Ящер топнул перепончатой лапой, брызнув во все стороны грязью, и площадь задрожала. Чернокнижник выхватил шпагу и попробовал проткнуть меня сквозь защиту. Раздался глухой удар, и чернокнижник без сознания рухнул на колесо. За ним стоял Этьен с палкой в руках.