В сети

Пророс во мне мягко, без борьбы. Как само собой разумеющееся. Нечто естественное.

— Ты заводила будильник? — хмурится он, глядя на светящийся экран.

— Кажется, нет. Забыла.

— Уже почти полдень. Твои родители будут ждать нас… через полчаса.

Так быстро, как этим утром, я ещё не собиралась. Контрастный душ, минимум косметики, выбор одежды. Обычно на всё требуется больше времени, но сейчас я укладываюсь в десять минут.

Подкрашивая ресницы у зеркала, краем глаза замечаю, как Саша выглаживает сначала мою футболку, потом — свою.

После Кости я была уверена, что мужчины беспомощны в быту.

Таким был и мой отец. Но Саша — совсем другой. Он по натуре самостоятельный, привык заботиться о себе сам. В детстве за него этого просто никто бы не сделал.

По дороге в коттеджный посёлок мы заезжаем в торговый центр — купить продукты, напитки и всякую мелочь, которая может пригодиться в гостях.

Не знаю, как Саша, но я дико волнуюсь.

Это наш первый совместный выход в свет. К людям, в общество. Уже не нужно скрываться, держать анонимность и кататься на встречи в гостиницу, чтобы просто побыть вместе.

На моем безымянном пальце сверкает помолвочное кольцо с безупречным бриллиантом в оправе из белого золота.

Сдержанная роскошь, в которой нет ни капли показухи.

Я получила его — и огромный букет цветов — на следующее утро после того, как Саша узнал о моей беременности. Этот факт подтолкнул его ускориться, поэтому заявление в ЗАГС мы подали тоже в тот же день.

Всё происходит импульсивно. По наитию.

Достаточно было просто захотеть — и я захотела. Быть его женой. Разделить ответственность, горе и радость, утренние поцелуи и ночные споры.

Без иллюзий о беззаботной жизни, но с полной уверенностью в нём. В Саше.

Я уже приняла решение сказать «да». Решение, укрепившееся в моей голове, как в граните.

— Будет много вопросов, — на всякий случай предупреждаю, нервно комкая низ футболки. — Очень много неудобных вопросов.

Не понимаю, почему Саша не нервничает, потому что я — очень.

Дорога к дому родителей стремительно сокращается, и мне уже хочется свернуть обратно — в более безопасное русло. Туда, где тихо, привычно и спокойно.

— Сомневаюсь, что неудобнее, чем во время допроса, — парирует Устинов.

— Поверь, почти так же.

— Оль, я прекрасно помню, кто твои родные. Но ты ведь уже согласилась выйти за меня замуж — так что если я им не понравлюсь, придётся смириться. Им, не мне.

Слова Саши успокаивают ровно до того момента, пока автомобиль не въезжает за ворота, которые я открываю своим автоматическим пультом."

"Здесь много места, несмотря на припаркованный внедорожник отца и вместительный минивэн сестры, набитый детскими креслами и игрушками.

За окнами дома видна суета.