В сети

Пока мы открываем багажник, доставая пакеты с покупками, на улицу змейкой выходит сначала мама, а потом Ира с Захаркой на руках.

Сегодня ясно и солнечно, поэтому день мы собирались провести в беседке на заднем дворе. По крайней мере, таким был план, когда я сообщила родным, что выхожу замуж. Саша прав: мой выбор не должен зависеть от чьих-то ожиданий. Но я всё равно действую с осторожностью, будто ступаю по тонкому льду.

— Мы вас заждались, — радушно произносит мама, стоя под навесом веранды и взмахивая рукой.

Я замираю, как вкопанная, когда с глухим стуком захлопывается багажник, а Саша неторопливо обходит машину.

Его фигура — выверенная, уверенная — будто прорезает вязкий, тягучий воздух предчувствия одним только своим появлением.

Устинову приходится прижаться грудной клеткой к моим лопаткам, чтобы наконец привести меня в движение.

— В городе жуткие пробки, — сбивчиво оправдываюсь, ступая по выложенной плиткой дорожке. — Простите за задержку.

В моих руках пусто, зато Саша несёт и пакеты с покупками, и цветы для мамы, которые вручает ей, как только она начинает целеустремлённо идти навстречу, глухо цокая каблуками по камню.

Платье на ней слегка колышется на ветру, а лицо остаётся напряжённым — будто она ещё не решила, кого встречает: будущего зятя или потенциальную ошибку младшей дочери.

Мы с ней не похожи. По крайней мере, внешне. На маму больше похожа сестра — чертами лица, формой глаз и тоном кожи. Женственностью и кокетством. Умением выгодно подать себя. Я всегда немного завидовала этому, ведь во мне больше от отца.

— Ой, спасибо вам, — мама широко улыбается, принимая букет и наклоняясь, чтобы вдохнуть лёгкий цветочный аромат.

— Мы всегда рады гостям. Проходите, пожалуйста, в дом.

Знакомство с сестрой и мелким проходит, как в тумане. Мы проходим через прихожую, даже не снимая обуви, и направляемся на кухню, где выкладываем покупки на круглый обеденный стол.

В доме пахнет едой и свежей выпечкой. Тепло, сытно.

Мои щёки пылают, когда я пытаюсь собраться и включиться — представить родным мужчину, которого они столько раз обсуждали, но впервые видят рядом со мной.

Я до сих пор хорошо помню, как всё было с Костей: мило, обыденно, комфортно. Я искренне верила, что выйду за него замуж, и не раз рисовала в голове картину нашей свадьбы.

Родители смотрели на него снисходительно, словно уже тогда понимали, что это не всерьёз и не надолго.

Поразительно, как быстро это померкло. Как нечто, что когда-то казалось важным, а теперь не имеет веса. Без сожалений. Без оглядки. Без следа. Потому что рядом есть настоящее: яркое, зрелое, очень-очень осмысленное.

— Какое у тебя красивое кольцо, — восхищённо говорит сестра, подступая ближе и взяв мою руку. — Это бриллиант?

— Да.